Про то, как вредно спасать драконов

А смертельно раненного дракона ничто уже не спасет. Я не Равновесие что бы творить чудеса, тем более, те о которых ничего не помню.

Все-таки у меня просто галлюцинации. Быть такого не может. Что ж я маленькой не сдохла, когда была такая возможность? В момент моего замедленного мозгового штурма, удивляюсь, как вообще мыслить могу после таких новостей, замечаю, как напрягся высший, язык не поворачивается его супругом обозвать.

— А сколько мы женаты?

Он же в этот момент меня казалось, вообще не слышал, погрузившись в себя, он был мыслями далеко.

— Я занят, потом! — рыкнул дракон, вызывая у меня сомнения в его нормальности. Потом немного подумав, пришла к интересному выводу. Просмотрела его ауру. Точно, ментальная магия полыхает сиреневым.

После чего он поднял меня на руки, положил на постель и отстраненно сообщил, что сегодня, к сожалению, он не сможет побыть со мной, и что скоро мы встретимся у нас дома, обрадовал, ага.

— Одиннадцать лет. И всю твою жизнь. Спи, моя ла Тао, он что издевается? — Поцеловал меня в лоб, взглянул на меня с непонятной тоской и исчез в неяркой вспышке света.

Единственное что поняла, так это то, что его кто-то срочно вызвал в родные пенаты. Что ж, я была спасена неизвестным, спасибо ему за это, и сочувствую я этому не нормальному без чувства самосохранения, очень уж Ксадар уходить не хотел. Я же заснуть так и не смогла. Я думала. Сопоставляла, вспоминала и строила планы.

— Санашая, — заставил мен очнутся окрик Диля. Он при помощи эльфийской магии расчищал пространство от обгорелых частей мертвых монстров.

— Что будем делать? — деловито спрашивает Сэв.

— Нам надо найти лабораторию, Алак. Я чувствую там жизнь. Едва ощутимую, но очень знакомую, — подбежала, очухавшаяся, Рэйка к начальству. И так она на него посмотрела, что тут даже я бы прониклась.

— Алак, нам нужно уходить, вряд ли нас там ждет что-то хорошее. Эти монстры сотворены не так давно. Ты знаешь, сколько силы на это необходимо? Вряд ли простой маг на это способен.

Алак оглядел команду, взглянул на эльфа и дракона, на меня. Поскреб щетину на подбородке.

— На сколько сильный артефакт он может использовать, по-твоему? — обратился он ко мне. Все-таки истребитель и на драконьем материке — истребитель, неискоренима их тяга к силе и жадность к чужому добру.

— Думаю очень мощный, и скорее всего не один! — подливаю я масла в огонь.