Про то, как вредно спасать драконов

— Зачем тебе кинжал?

— Да что ты заладил, кинжал, кинжал! Не хочешь его отдавать? На, забери. Перебьюсь, — швыряю я предмет спора на стол. И он естественно уходит по рукоять в деревянную столешницу. Эльф начал моргать.

— Не буйствуй. Сама виновата — воруешь, объяснять ничего не хочешь и денег заплатить у тебя нет, — вот теперь мы, наконец, дошли до кондиции. — Мы можем сдать тебя страже.

Мне даже притворяться не пришлось, я действительно туда не хочу.

— Почему ты не зарабатываешь официально?

— Нет диплома, а, следовательно, лицензии.

— Почему у тебя нет диплома?

— Потому что я не доучилась, — нормальному нанимателю ни в жизнь бы не созналась.

— И насколько ты не доучилась? — Ему бы допросы вести. Уж сильно он это дело любит.

— Я не успела получить диплом. Не стала сдавать последний экзамен, — я не лгу. Последние экзамены седьмого курса, когда всего их восемь.

— Почему ты не стала их сдавать? — с нажимом произнес он, и попытался взломать мои собственные щиты.

— Не стоит этого делать, — говорю я.

Он меня понял.

— Так почему ты не сдала экзамен?

— Какая тебе разница? Я отдала тебе кинжал, заплатила за потраченное время своим лекарством. Отпусти меня.

— А сколько тебе лет? — отмерло эльфийское чудо.

— Больше, чем ты думаешь, — усмехаюсь я. Эльф снова уходит в прострацию своих размышлений.

— Я хочу предложить тебе официальную работу. Мне не нужна лицензия, лишь твои способности и знания.

— Либо же, я могу сдать тебя страже как воровку и черного знахаря.

Хорошая угроза.

Может, за воровку и простят, но вот за черного знахаря, это нелегальные лекари, или шарлатаны, ни дракона не помилуют.

— Что я получу, если соглашусь?

— Среднее жалование члена группы истребителей и кинжал.

Я икнула. Вот куда я не хочу, так это к ним. Истребители — это группа наемников, профессионально охотящаяся на нечисть, и другую свихнувшуюся пакость. В основном работает такой отряд в составе одного лекаря, одного некроманта и несколько боевиков. Максимальное количество членов семь.

Группа должна быть мобильной. Зовут их в том случае, если сами справиться не могут. А я-то все удивлялась, почему у них такая высокая смертность лекарей.

Дорога. Как много и как мало в этом слове. Для кого-то дорога — это бесконечное движение, неосознанное стремление вперед, возможность выбора, бесконтрольное познание окружающего мира и себя самого. Дорога — это жизнь. Дорога — это борьба. Путь, проложенный кем-то другим, но открытый заново.