Про то, как вредно спасать драконов

— Так она не лекарь? — подал голос один из близнецов. Навил.

— Лекарь, — ответила я за командира. — И смею заметить, лучший из тех, что вы могли найти.

— Тогда к чему воровской промысел? — удивился Сэв.

— Я хотела взять то, что врядли бы получила за деньги, — и ни капли лжи.

— Ты так и не ответила, зачем он тебе, — вернулся к заезженной пластинке эльф.

Ну, надо же, он настолько редко что-то говорит, что я даже и не обращала внимания на то какой у него красивый голос.

— Если вы не знаете о его свойствах, то зачем мне открывать вам глаза?

— О чем вы? — отмер Зар.

— О кинжале, подаренном заказчиком, она украла его у меня, — будничным тоном ответил боевой маг.

— Тот невзрачный? Бессмыслица. Я же проверяла его, он ничего не стоит, — глаза девушки лихорадочно заблестели.

— Это допрос? — скучным тоном поинтересовалась я.

— Да это допрос, — я поняла, что командир вполне серьезен.

— Я могу не отвечать на ваши вопросы, — хмыкнула я, прикоснувшись к злосчастному оружию. Мне его еще в таверне отдали.

— Это приказ, — так значит, да? Ну что ж, уважаемый нар Алак, не оценили вы еще моего благодушного настроения.

Я наклонила голову, позволяя волосам свободно падать на лицо. Думай, Сана, думай. Если бы я тогда на площади не заметила такое необычное оружие, я бы не решилась на столь радикальные меры. А так и легенда у меня имеется, и врать не пришлось. Все мною сказанное — чистая правда. Просто, правда у каждого своя, и вера в нее непоколебима.

— Этот кинжал необходим мне в моей практике, — кинула я взгляд исподлобья на начальника.

Трудно так смотреть на человека, сидя на дурной лошади и трясясь среди деревьев.

— Ты же сказала, что не практикуешь, — поморщился Алак.

— Я и не практикую, я провожу исследования.

— Это, какие же? — усмехнулся начальник.

— Разные…. Но сейчас это не важно, да и тебя не касается, — бросила я.

— Меня касается все, что связано с моей командой, — какие мы грозные.

— Командир, помнишь свое обещание?

Народ уже давно молчал, внимательно вслушиваясь в наш спор.

— Я ведь могу и перестать, ему следовать, — наклонила голову набок.

— Как скажешь, Лекарь.

— Алак, не ожидала от тебя проявления мягкотелости. Долго еще ты будешь терпеть от этой уродки подобное отношение? — возмутилась брюнетка.

Вот и высказано вслух всеобщее мнение.