Проблема для некроманта

Хотя, с другой стороны, не пожелай ректорша от меня избавиться, Винсенту и в голову бы не пришло жениться на мне. Чтобы избавить от опасности, как он сказал. Как же больно думать, что вовсе не страсть им двигала. С жиру бешусь, не иначе. Умный, заботливый, и в постели… при одной мысли об этом потеплело внизу живота. Чего еще от мужика хотеть?

Чтоб любил?

– Я бы с радостью встретила гостью вместе с тобой, особенно если бы ты помог не наделать ошибок, – начала я, осторожно подбирая слова.

 – Если бы она пришла как гостья. Но она пришла объявить меня пустым местом и…

– Сегодня я чуть с ума не сошел при мысли, что с тобой что-то случилось. Стал бы я так волноваться из-за пустого места?

Еще немного, и зареву. Я порывисто шагнула к нему, ткнулась лбом в плечо.

– Спасибо. Но я не смогу разговаривать как ни в чем не бывало с женщиной, которой мне хочется вцепиться в лицо.

– Ты ревнуешь? – рассмеялся Винсент, крепче прижимая к себе.

– Нет… да. Но дело не в этом. Не только в этом. – Как же ему объяснить то, что я себе толком не могу объяснить? – Я боюсь, что не выдержу и попытаюсь повыдирать ей патлы, это правда, я ведь не леди, а дочка уборщицы. Но главное – некоторые вещи должны оставаться между двоими, и третьему в них делать нечего…

Да мне противно от одной мысли, что ректорша пытается втянуть меня в игру «подели мужчину»! Винсент что, вещь? Или скотина бессловесная, которую куда поведешь – туда и пойдет? Так даже собака сопротивляется, если тащить ее туда, куда она не хочет!

– А некоторые – в прошлом, и в настоящем им делать нечего.

 – Винсент приподнял мне подбородок, заглядывая в глаза. – Мы были вместе, это правда. Поссорились, когда я отказался от должности ректора. И окончательно прекратили все нерабочие отношения, когда Мия заняла эту должность. Все в прошлом.

– В качестве кого я буду разговаривать с ней? – я попыталась отвертеться в последний раз.

– В качестве моей жены. Хозяйки дома. – Винсент погладил меня по щеке. – Выше голову, это она здесь непрошеная гостья, не ты. И, знаешь, я рад, что ты ревнуешь. Это значит, я тебе хоть немного дорог.

– Ты очень мне дорог, – прошептала я. – Правда. Не знаю, как так…

Договорить он мне не дал, поцеловал, и через полмига я обвивала руками его шею, забыв и про ректоршу, и про всех на свете баб…

Ненадолго.