Проблема майора Багирова (СИ)

До Багирова я не замечала, насколько они возбуждающие…

На передовой мы были второй месяц. Как скоро нас сменят, было неизвестно. Некоторые и по полгода сидели в окопах. У спецназа обычно были куда более серьезные задачи, но, видимо, один обиженный генерал с шишкой на голове решил Багирова и его ребят наказать бесцельным пребыванием на этих позициях. Четыре недели назад группа Ярослава совершила ночную диверсию, проникнув на позиции боевиков, заминировали там все, что было можно, а потом тихо, без единого выстрела ушли.

В штаб докладывал Батя о подвиге своих бойцов, среди которых упомянул и Багирова. Сухо похвалили на словах, но к наградам никого не представили. Это было настолько возмутительно, что недели две все ребята только матом и отзывались о тех, кто сидит в чистых кабинетах.

После той диверсии было совершено несколько атак по нашим позициям, которые удалось отбить, но и у нас были потери – больше десятка раненых.

Спустившись в медблок делать перевязки, первым делом подошла к другу.

— Снимай штаны, боец, — не показывая жалости. У Лешки правая ягодица вся перештопана. Поймал крупный осколок.

— Отстань, Аль. Мне Андрей уже швы снял.

— Тогда я пошла дальше работать...

Когда мы Лешку зашили, он так серьезно и расстроенно спросил, что там с его задницей, будто собирался в конкурсе красивых мужских поп участвовать.

— С ней все прекрасно. Теперь у тебя на правой ягодице будет шрамирование, очень модная нынче тенденция, почти как тату.

— Надеюсь, Андрей, шрам в виде какого-нибудь крутого рисунка? — это был риторический вопрос, но нужно было мне на него ответить?

— Ага, в виде увядшего пениса, — внимательно рассматривая под разными углами, озвучила то, что видела.

— Что?! — Леха чуть с операционного стола не спрыгнул, чуть не погубил нашу работу. Еле его удержали мужики.

— Леш, ну что ты расстроился, это всего лишь шрам на попе, главное, чтобы спереди ничего не увяло, — пыталась его успокоить на следующий день во время перевязки. — Радовался бы, что он на ягодице, кто его там увидит?

— Ты его уже видишь, — бурчал он.

— Я медик, а не женщина, — наглым образом вру. — А если тебя так смущает, набьешь татушку поверх.