Проблема майора Багирова (СИ)

Не сопротивляюсь, мне нужно хоть ненадолго закрыть глаза. Пятнадцати минут хватит, чтобы почерпнуть сил. Как назло, еще и ночь такая душная, что с меня десять потов сошло. Ремешки винтовки и бронежилета давят на плечи.

Пыж не позволяет себе ничего лишнего. Придерживает за плечи, чтобы я не скатилась на землю. Его броник кажется мягкой подушкой.

Чувствую на себе чей-то взгляд. Тяжелый. Давящий. В окнах свет не горит, сказать точно, кто смотрит, не могу, но уверена, что за нами наблюдают. Если это Багиров, представляю, что он о нас думает.

Мне-то все равно, а за Пыжа обидно, он, в отличие от меня, настоящий мужик.

Солнце поднимается из-за горизонта, первые яркие лучи окрашивают небо. Скоро встанут ребята, у нас тут ранний подъем.

— Я в душ схожу? — днем будет не до него, лучше сейчас сходить. Ранним утром самый крепкий сон. Потом начнутся сборы, ребята и Багиров будут сновать туда-сюда.

Скинула возле дерева броник, перчатки, шарф-маску, армейские ботинки не своего размера.

Осматриваюсь – никого.

Быстро ныряю за шторку. В душе раздеваюсь полностью. Вещи и белье вешаю на крючок. За мылом не иду, тут кто-то оставил свой гель. Успеваю намылиться. Вода такая освежающая, что дух захватывает. Вожу по телу ладошками, будто ласкаю себя, кручусь под струями воды.

Поворачиваюсь лицом к шторке, которая оказывается отодвинутой в сторону. На меня в упор смотрит командир…

Как давно майор здесь стоит и как много успел увидеть?!

Все успел рассмотреть!

Подвела интуиция. Я не ожидала, что командир ворвется в душевую.

И чего он бродит по расположению? Самое сладкое время для сна, Багиров вообще в курсе?

Когда ты какое-то время учишься мужским повадкам, то немного забываешь о женских. Иначе чем можно объяснить мое бездействие? Где стыдливое «Ой!»? Где желание быстро прикрыть все стратегические места? На улице достаточно светло, чтобы все рассмотреть!

Кричать я просто не в состоянии. У кого из нас больший шок, трудно сказать. Реакции возвращаются через несколько секунд тупого стояния, я, как Венера Капитолийская, словно фиговым листком прикрыла ладошкой лобок.

Потерявшую в объеме грудь с торчащими от прохладной воды сосками тоже спрятала.

Солнце, не чувствуя беды, ласково проходится лучами по злому лицу командира. Багиров тяжело дышит, будто загнанный на корриде бык. Рука, удерживающая шторку, с такой силой сжимается в кулак, что плотный полиэтилен рвется.

«Сюрприз!» — так и хочется крикнуть в лицо ошарашенного майора.