Почему мужчины думают, что если ты женщина, то обязательно должна уметь готовить? Отвернувшись от них, принялась снимать броник. Ребята уже успели снять обмундирование. Как только положила его на тумбу, вздохнула с облегчением.
Такая легкость.
Как же хорошо.
Как мало надо для счастья…
Прятаться в спальне не было смысла, тем более Лешка собирался ложиться спать. Скинув берцы, принялся раздеваться…
Отвернулась, когда он снял китель и принялся за штаны. Поправив покрывало, развалился поверх него в одних трусах. Стас внимательно наблюдал за моим смущением.
Да, да, я не готова к такому соседству! Решила пока сбежать в душ. Кухня подождет.
Душ, как Стас и говорил, находился во дворе. Какие-то металлические балки были сложены так, чтобы сверху можно было поставить бочку, хотя это скорее небольшая цистерна, которую наполняют водой из шланга.
«Душевая комнатка» из пластика. Вместо двери кусок непрозрачного целлофана. Вроде сквозь него ничего не видно, но настолько короткий, что можно будет рассмотреть мои ноги до самых бедер.
А если кто-то заглянет? Выхода не было, я вспотела так, что мне плохо станет, если не приму душ.
— Ты искупайся, я посторожу, — кивнул в сторону «сооружения». Видя разочарование на моем лице, негромко поинтересовался: — Ты чего?
— А раздеваться где?
Стас задумался, а я про себя продолжила:
«Вот неужели легче было построить вот это, чем отремонтировать ванную комнату?»
— У меня шлепки белого цвета, — озвучиваю мысли, которые взрывают мою голову. Надо было брать синие, но мне покрасивее подавай, а не практичнее.
Шлепки у меня в размер – тридцать седьмого. Для мужчины маленький. Берцы на размер больше, а я сама мелкая. Поэтому, наверное, нестандартный для мужчины размер ноги не сильно бросается в глаза. Не продержусь. На всех фронтах засада! Даже нижнее белье сушить негде!
Нужно идти сдаваться.
Но ведь парни в меня верят.
— Покараулишь ночью? Я лучше схожу в душ, когда все будут спать.
Чтобы Стас не хмурил брови, пришлось подробно обрисовать ситуацию.
...
— Иди, сложи сменку в пакет, а я пока что-нибудь придумаю с дверью.
Не время спорить. Искупаться-то хочется. С пакетами Стас хорошо придумал. Не будет же Багиров в них заглядывать. Натягиваю на лицо шарф, опускаю кепку на глаза и спешу наверх. По дороге, как назло, врезаюсь в высокого парня, которого не заметила. Выбиваю у него из рук бутерброд с толстым слоем масла, который, повинуясь закону бутерброда, а также закону подлости, летит маслом вниз.
— Извини.
