Пробудившая пламя

– Только в столице все уверены, что эти земли богаты...

– А то! Налоги мы все платим, как положено, без задержек. Требу отправляем в полном объёме, недоимок нет, лари. – Отчитался Парнас, старший поселения Карнак.

– А живёте вы потом на что? – тихо спросила я.– Тут как бы дворец должен стоять. И две сторожевые башни. Если честно, то я боюсь даже представить, что в таком случае с крепостью Гарлакан, и что там вообще происходит в том жемчужном заливе. Он вообще, ещё существует?

– Да, лари. Только часть гряды обвалилась лет десять назад.

И теперь это не залив, а большое озеро. – Вот после этих слов я уже и не знала, плакать мне или смеяться. – Но крепость стоит. Я сам лет пять назад там был, она стояла.

Парнас довольно улыбался, а я уже не выдержала.

– Всё хорошо, прекрасная маркиза, всё хорошо, всё хорошо. – Промурчала я. – А почему так давно у крепости в последний раз были?

– Ну, когда гряда обвалилась, то по земле разломы пошли, а в них проступила земляная смола. Там же и полыхнуть может. А если в дождь попасть, или одежда мокрая, то ведь окаменеешь.

Вот я прошёл, проверить, как имущество оманово стоит. Чуть со страху не опозорился. А потом мы туда и не ходим. Жить то хочется. – Из пояснений Парнаса, я поняла только то, что там не то, что жить, туда и пройти почти невозможно. – А маркиза это кто?

– Это титул, вот я лари, а она маркиза. – Рассмеялась я, а потом решила повеселить собрание и как могла, пропела весёлую песенку.

– А, понятно. – Донесся шепот с дальних рядов. – Видать подруга её, вон уехала из дома на две недели, а возвращаться некуда и мужик помер.

Да уж, совсем не такую реакцию я ждала.

– Значит, крепость оставляем сильно на потом, как жильё её всё равно нельзя использовать. – Решила я. – Давайте о текущих делах. Вот что-то мы не поняли ситуацию с рыбой. И каким образом деньги за улов отдаются сборщикам?

– В самом начале весны сборщики приезжают за большим сбором. И потом несколько раз в год за малыми. У нас здесь не как в городе, не раз в месяц.

– Начал говорить сурового вида мужик, который каждое слово словно рубил, а не произносил. – Вот через две недели будет первый малый сбор. И как раз приедут торговцы. К этому времени мы должны наловить десять мер белой рыбы, и пять красной. Приедут торговцы, взвесят и заберут. Деньги отсчитают сборщикам. Ту рыбу, которую поймали вместе с мерами, но в роспись она не входит, потому что ценности в ней нет, мы обязаны отпускать, чтоб ценной рыбе было, что в воде жрать.