– Что у нас в итоге в Геликарнаке получится?
– Да тут пяти лет ждать, смысла нет. И так видно, как дорожка выстилается. А вот у омана ещё возраст такой, что непонятно. Он такой дурак по молодости, или в маменьку уродился? – рубанула рукой по воздуху Шарги.
– Смотрю, совсем вы ни омана, ни майриме не уважаете. Только... Бабушка Шарги, а если о таких ваших словах донесут? – Шарги действительно что-то такое могла и посреди улицы высказать, ни на кого не оглядываясь.
– И что? Я кто? Старуха, что живет, чуть ли не в двух неделях пути от столицы, проживает свой век, собственным трудом на крышу и еду зарабатывает.
– Очень серьёзно посмотрела на меня она. – Хорош же правитель, что на каждое слово палачей посылать будет. Так что либо я имею право громко сказать всё, что думаю, либо оман у нас истеричный сопляк! Вот помню, папенька его по молодости сюда приезжал, так я ему тогда по поводу его нового налога сказала, что чхать я на него хотела, что он уже не знает, как ещё в карман к простому народу влезть. Император тогда рассмеялся и сказал, чтоб не чихала, а то если разболеюсь, то кто налоги платить будет.
А потом часа два, наверное, объяснял, что у нас богатая провинция, а тогда эти было так, а в других землях недостаток, и наш налог идёт как раз туда, где земли не так щедры к своим жителям. И знаешь, что я тебе скажу? Вот не убыло от императора, что он народу разъяснил. Зато злость у нас тогда сразу пропала. Поняли, что сегодня император о других заботится, а завтра может и нам помощь понадобиться.
Кто ж знал, что он зло и обиду на нас затаит.
– С чего такой вывод? – проявила любопытство я.
– А чего он нас тогда этому разгильдяю отдал? – вот и попробуй с ней поспорить.
А ещё меня заинтересовало новое для меня явление.
– Бабушка Шарги, вы сказали про какой-то белый марион. Это что-то означает? На что он похож? – засыпала я вопросами собеседницу.
– Я буду тебе рассказывать, если ты, наконец-то, будешь есть. – Поставила условие Шарги, кивая на недавно отодвинутую мной тарелку. – Говорят, марион это не просто камень.
Есть легенда, что наш мир это огромное сердце, а марион это прошедшая через пламя кровь этого сердца. Поэтому он и появляется там, где живут дочери огня. Тянется к одарённым, как к родственному существу. Чем сильнее пламя одарённой, тем больше камня и ярче его блеск. Но иногда, появляется и нечто удивительное. Белый марион. Как пламя, что горит в небе во время гроз. Сверкает так, что видно издалека. Но описать цвет его граней невозможно.
