Пробудившая пламя

И раз ты не знаешь, то я лично довожу до твоего сведения, что в этом дворце любое проявление неуважения к лари Ираидале будет караться без снисхождения! – предупредил я. – И напомню две вещи. Первое, если бы не Ираидала, то ты сейчас была бы простой наложницей, доживающей годы в трауре в старом дворце. Второе, в мои комнаты, наложницы приходят, только когда я их зову или в ночь лари. В следующий раз за подобное самоволие получишь ремней и ссылку на работы в нижний гарем.

– Но господин... – попыталась она что-то возразить.

– Смотрителя гарема сюда, живо! – приказал я, вытаскивая Анаис из своей комнаты, сжав её плечо.

– Я здесь господин! – начал кланяться ещё видимо не отошедший после вчерашнего евнух.

– Если ещё раз, хоть одна наложница без моего приглашения окажется в моей комнате, ты заплатишь головой. Проводите лари до её покоев! В мои комнаты без моего разрешения ни впускать никого. Ясно? – со злости хлопнул дверью и вылетел на балкон.

Решение разогнать весь гарем становилось всё более привлекательным и верным.

В гавань заходил корабль под алыми парусами. Императорский гонец. На пирсе началась суматоха, глазастые мальчишки сорвались со своих насестов и побежали в разные стороны. Новость о том, что император отправил корабль за взбунтовавшейся лари, секретом ни для кого не была.

Пока корабль швартовался на пирсе показалась матушка Вали́, старшие кварталов. Да и простых жителей собиралась приличная толпа. Вдруг, не дожидаясь, когда опустят трап, через борт корабля перемахнула здоровенная зверюга.

Наконец-то край трапа ударился о камни пирса. От непонятного волнения я сжал край балюстрады. По трапу шёл конь черной масти. Знакомый жеребец. А за его шею держалась девушка, казавшаяся отсюда ещё миниатюрнее. Ветер заигрался в снежно-белых прядях. Матушка Вали́ поспешила обнять прибывшую.

Дальше я смотреть не стал. Дорога из порта чуть длиннее, чем от дворца, значит, я смогу прибыть или чуть раньше Ираидалы, или вместе с ней.

Когда я подъезжал к крытой галерее моста, Ираидала уже соскакивала со своего жеребца. Её охрана чуть отставала, видно конь застоялся за время плавания и не хотел ждать, но мне это было только на руку.

Далли взлетела по ступенькам, отстукивая ритм каблучками сапог. Я не сразу последовал за ней, остолбенев от её вида.