Пробудившая пламя

Будешь советоваться со старшими кварталов? – предположил я, где парень может позаимствовать недостающие знания и опыт. – Так может, и помощников начнешь набирать? Уверен, что старший Гарид, так ведь зовут старшего красного квартала, если не путаю, наверняка сможет помочь с определением приписок.

– К нему и хотел пойти. – Кивнул мне мой казначей.

У себя в комнате я достал свои инструменты и пока разогревал руки перед долгой и мелкой работой, голова наполнялась мыслями. И это были первые мысли за последние дни, вызвавшие у меня улыбку.

Все проблемы между мной и Ираидалой создались из-за того, что я совершенно не знал Ираидалу, видел картинку и не понимал сути. Судил по привычному образу и чужим словам, верил чужим объяснениям, а её ни разу не спросил. Отсюда и ошибки, отсюда недоверие. Потому что вела она себя совсем не так, как можно ожидать от наложницы.

Ираидала была в моём доме, в моём гареме. На моей территории, среди людей, которые были моим окружением. И она была открыта, мне нужно было только постараться увидеть! Но подарка от судьбы я не заметил.

Значит, теперь будем вырывать обратно! И мне нужно, чтобы Ираидала расслабилась, потому что сейчас она как боец на передовой, ждёт нападения, всё время держится на расстоянии. Значит, мне нужно оказаться на её территории и среди её окружения.

Лучший способ решить разногласия между двумя воинами это отправить их обоих копать окоп! Дербет имел огромное отличие от многих, кого я знал. Он открыто признавал, что ему не хватает опыта, что он чего-то не умеет.

Но он учился, а если не хватало своих мозгов, не стеснялся применять чужие.

Старшие кварталов? Отлично, с них и начнём. С них и с матушки Вали́. Хотя насчёт матушки, это я погорячился. С ней я бы пока рыть окоп не пошёл, а то она в сердцах в том окопе и прикопает. А вот территория...

Для Ираидалы домом сейчас является Карнак, место, где она свободна от всего. От обид, от статуса рабыни, от обязательств наложницы. Там те, кто её уважают, и кого уважает она. Там те, кого она любит, и кто любит её.

Там дети, ради которых она готова спорить с императором! Значит, и я буду в Карнаке!

Стук в дверь отвлек меня от моих мыслей.

– Войдите! – ответил я и сильно удивился, увидев на пороге мать. – Майриме? Мне казалось, что мы сегодня уже наговорились.

– Берс. – Голос матери был тих, голова опущена, вся её поза говорила о смирении. – Да, мы поговорили. И я сказала слишком много ненужного. Ты год был на войне... А я с упреками и обидами! Ты устал...