Пробудившая пламя

Вроде как оман мне обещал ноги отрубить, если переступлю порог его дворца. Но и он же настаивал на моём возвращении. Моя личная паранойя разыгралась не на шутку.

Однако все мои метания прекратил сам оман, встретивший нас перед парадными дверьми своего дворца. Он сразу объяснил нам, что вынужден покинуть столицу и отправиться на рубежи. Но через злополучный порог своего дворца он перенёс меня на руках.

Майриме, что стояла в окружении слуг на верхней площадке, буквально перекосило от этого зрелища. Что же...

Пара слов в дорогу оману не сильно его задержат.

Берс громко благодарит меня за согласие вернуться, а я понимаю, что он это делает намеренно, чтобы сразу показать моё положение всем слугам и рабам. Странно, что наложниц не видно. Даже Анаис нет. Едва Берс вышел за порог, передо мной склонился смотритель гарема.

– Госпожа, как я рад приветствовать вас. Оман велел показать вам покои и предоставить всё, чтобы вы отдохнули с дороги и в дальнейшем чувствовали себя комфортно в этом дворце. Позвольте мне проводить вас и наследников. – Прижимает он одну руку к груди.

– И я вас приветствую. Долгих вам лет и терпения, с вашей-то работой. – Спокойно улыбаюсь ему, ни к чему нарываться на конфликт.

Тем более, что конфликт в платье из синего атласа, сверкая гневным взглядом и поджав губы, уже идёт мне навстречу.

– Малис, смотрю, ты так выросла! С возвращением в наш дворец, дети. Я рада встретить вас в своём доме. – Улыбается майриме, но каждым своим словом старается подчеркнуть, что это её дом, её дворец и власть здесь принадлежит ей. – Вижу, прошедший год был для вас нелегким.

– Да, управлять целой провинцией нелегко, но наш отец, когда приезжал в оманлир, уговаривать нашу маму вернуться к нему, в его дворец, остался очень доволен достигнутыми нами результатами. – Марс очень тактично намекнул майриме, что это не её дворец.

– С этим никто не спорит, – пытается удержать улыбку майриме. – Но Малис такая и уставшая. Девочка и так всегда была бледненькой, а ещё и такие условия!

– Да? А вот мой отец утверждает, что я унаследовала красоту своей матери. – Удивилась Малис.

– И слишком много гордости тоже. – Всё-таки проявилось истинное отношение майриме.

– Конечно. Как не быть гордости? Ведь я единственная в этом дворце, кто рождена госпожой.