Пробудившая пламя

– Только я не болела, я была отравлена и потеряла ребёнка омана, возможно ещё одного наследника или ирлери.

– Ираидала! – чуть повысила голос майриме, заметив, как вскинулись Барлик и Малис. – Тут же дети!

– Не думаю, что есть смысл им врать, тем более, что весь гарем знает правду. – Ответила я. – Что же касается цвета моей одежды... Вот скажи, Абилейна, оману понравилась ночь с тобой, он остался доволен?

– Конечно! И он щедро одарил меня. – Даже Анаис и майриме смутились от откровенности моих вопросов, но любимая наложница нет.

– Наверное, как и всех прочих, украшением? – улыбнулась я начавшей что-то подозревать наложнице. – А напомни мне, какого цвета камни в том подарке? Видно ты слишком переоценила свои умения и заслуги. Что же касается ценности, то, сколько вас таких, которых одарили за ночь, было до меня, есть сейчас, и будет после меня. Вон, посмотри на Вурхан. Она была первой наложницей омана, говорят, одаривал сверх меры. А сейчас она прислуживает во время обедов, а щедрый оман её даже не узнает.

– Мам, а ты умеешь набирать бисер? – подергала меня за юбку Малис.

– Конечно, родная. И даже плести из него. Если найдем достаточно жёсткую нить или тонкую проволоку, то я покажу тебе как сделать дерево из бисера. – Отвлеклась я от кусающей губы Абилейны.

– Понятно. – Кивнул сестре Барлик. – Пойдём заниматься.

Я смотрела им в след с умилением. Мне достались очень умненькие дети.

– Кстати об одежде. – Попыталась сменить тему майриме. – Я хотела узнать, как ты себя чувствуешь, дорогая? Не нужно ли чего, не беспокоит ли? И ещё. Ты же знаешь, что если случается какая беда с лари по недосмотру, то оман выплачивает тройной размер месячного содержания. Для того, чтобы лари могла порадовать себя после тяжёлых событий. Тут твои деньги. Положенное содержание и выплата. И я распорядилась принести тебе ткань для платья. Этот зелёный бархат будет изумительно смотреться с твоими глазами.

Евнух передал Фарли тяжёлую шкатулку, судя по звяканью, с деньгами. Одна из служанок передала Гульнизе рулон ткани. Бедные девочки. Надо сворачивать этот цирк, а то держи такую тяжесть на весу.

– Благодарю вас, майриме. Меня действительно беспокоит один момент. – Ответила я. – Во время своей болезни, я высказала свою волю. Причём, уже после того, как лекари вынесли свой вердикт о том, что я если и выживу, то только чудом.