Пробужденный любовник

Ее беременность была почти не видна, когда она стояла, но в сидячем положении под свободной рубашкой можно было заметить небольшую возвышенность живота.

— Хочешь, чтобы я включила свет в ванной?

Он покачал головой. Тогда он будет чувствовать себя полным слабаком, а его эго и без того сильно пострадало сегодня.

— Я буду в своем кабинете, хорошо?

После ее ухода, он почувствовал неприятное облегчение, но с исчезновением паники появился стыд. Мужчина так не поступил бы. Мужчина сразился бы с бледным демоном своего сна и победил.

И даже если бы ему было очень страшно, мужчина не стал бы съеживаться и дрожать как пятилетний пацан, когда проснулся.

Но ведь Джон и не был мужчиной. По крайней мере, пока. Тор сказал, что превращение[19] произойдет не раньше двадцати пяти лет, и он просто не мог дождаться этого момента. Ведь, пусть он и понимал, почему он всего лишь пять футов шесть дюймов ростом и весит лишь сто двенадцать фунтов, легче от этого не становилось.

Он ненавидел свое костлявое отражение в зеркале. Ненавидел носить одежду детского размера, хотя официально мог водить машину, голосовать и пить алкоголь. Ненавидел полное отсутствие эрекции, даже по утрам, когда просыпался после эротических снов. И ведь он даже никогда не целовал женщину.

Нет, он просто не ощущал в себе даже намека на желаемую мужественность. Особенно, учитывая то, что случилось с ним почти год назад. Боже, близилась годовщина нападения, так ведь? Вздрогнув, он постарался забыть о грязном лестничном пролете, о мужчине, приставившем нож к его горлу, о том ужасном моменте, когда у него отняли невосполнимое: надругались над его невинностью, ушедшей безвозвратно.

Пытаясь подавить панику, он подумал о том, что, по крайней мере, теперь у него есть надежда. В скором времени он превратится в мужчину.

От мыслей о будущем кожа зудела, и он, скинув одеяла, направился к шкафу. Открыл двойную дверцу и с привычным замешательством глянул на полки.

У него никогда в жизни не было такого количества брюк, рубашек и свитеров… но вот они, лежат совсем рядом, такие свежие и новые… Молнии работали, все пуговицы были на месте, не было ни дырок, ни разрезов. У него была даже пара Найк Эйр-Шокс[20].

Достав свитер, он натянул его, потом сунул длинные ноги в широкие штаны в стиле милитари. В ванной он вымыл лицо и руки, причесал темные волосы расческой.