– Мне свобода нужна, – улыбаюсь. – Я не смогу жить в клетке.
– А разве я тебя закрыл? – хищно прищуривается. – Я тоже волю ценю. Тут мы на одинаковой волне.
Подозреваю, наше понимание “свободы” сильно различается. Но пока ничего ему не возражаю.
Хрустальный звон. Пламя свечей отражается в наших бокалах. Терпкий вкус белого вина расцветает на языке. Густой, тягучий, насыщенный. Он все равно никогда не сравнится с тем, как ощущается поцелуй Волкова.
Хотя вино хорошее. Я плохо разбираюсь, но эту марку запомнила. Любимое вино Айдарова.
Однажды Бойко купил ему такую бутылку на день рождения. Жаловался, что стоит как дом.
– Попробуй, – говорит Глеб. – Тебе понравится.
– Стейк? Я уверена, он отличный. Выглядит потрясающе, а уж какой аромат от него исходит. И кстати, со спаржей ты угадал. Мой любимый гарнир.
Волков усаживается на стул рядом со мной, смотрит так, будто я сижу перед ним без халата.
Он вообще слушает?
– Я не голодна, – прибавляю. – Нет аппетита.
– А я не про еду, – оскаливается. – Про нас.
Клянусь, ты никогда не пожалеешь, что стала моей женщиной.
Волков подхватывает меня за талию, усаживает к себе на колени. Его ладони властно проходятся по моему телу, а напрягшийся член упирается между ягодицами, заставляя вздрогнуть и заерзать в попытке ускользнуть.
Черт, он только сильнее возбуждается. Твердеет и разбухает.
– Я передумала насчет стейка.
Я пробую встать, но Глеб не позволяет.
– Лика, расслабься, – бросает на ухо, прикусывает мочку. – Я не наброшусь на тебя снова. И трахать не буду.
Сегодня. Нечего так пугаться и напрягаться.
– Глеб, эти твои выражения, – поджимаю губы.
– Ну как есть, – ухмыляющийся рот проходится по моему горлу. – Дьявол, до чего же я голоден. Затрахал бы тебя. Залюбил, блять. Но ничего, подожду.
Шумно втягивает воздух, и даже от этого жеста меня уже потряхивает. Крупные ладони накрывают грудь, сминают, привлекая вплотную, впечатывая в сильное разгоряченное тело.
– Моя девочка, – шепчет он. – Моя Лика.
А я даже растворяясь в его жарких объятиях, пытаюсь понять, что именно меня напрягает и настораживает.
Боль? Тот самый момент, когда Глеб взял мое тело. Но в первый раз всегда больно. Все через это проходят.
Я прикрываю глаза. Может, и правда пора расслабиться. Насладиться моментом.
Глава 32
Я просыпаюсь раньше Глеба, аккуратно освобождаюсь от жарких объятий и выскальзываю из постели, стараясь двигаться бесшумно. Набрасываю халат, отправляюсь в ванную комнату. Выполняю привычный утренний ритуал.
