Продана в жены

Лучше снова диван разглядывать…

— Что ты слышала? — он взял бокал, и я подняла глаза, чтобы увидеть, как губы Зверя сомкнутся вокруг трубочки.

— Что вас ударили ножом по приказу моего отца. Или…

— Вашего брата. Потому что у них конфликт, а вы вмешались.

Я думала, он разозлится. Кирилл рассмеялся: откровенно и вкусно, словно его это развеселило от души.

— Может и так, — в глазах еще искрился смех, но улыбка исчезла. — У Руслана и твоего отца давняя вражда. Когда-то вместе дела делали. Думаю, и долг — предлог.

Очень уж хочется ему размазать Девина любым способом, да побольнее, на глазах у города. А я думаю… — он взглянул мне в лицо, заставив поднять голову и заправил прядь за ухо. — Думаю, подло мстить маленькой принцессе…

Когда я поняла, что он обо мне и сладострастный развязный шепот, больше подходящий для интимной встречи, мне предназначается, то отвернулась. Не от смущения. От обиды.

— Не называйте меня принцессой. Я скорее бастард, пользуясь вашим языком.

— Ну и что? Ты его дочь, не сомневайся, — уверенно сказал он.

 — Руслан заказывал расследование. Точно установлено, что девочка, рожденная снежной ночью в резиденции Девина молодой актрисой, ты. Акушерка проболталась. Тебя искали, девочка, так, как Руслан собственных детей не искал.

— Что? — я прищурилась. — В какой резиденции? Я родилась в городском роддоме. Меня родила мама! Это ложь!

Я от удивления подавилась, а он только улыбался.

— Мама не актриса. Мы едва сводили концы с концами! Она где попало работала, уборщицей! На заводе! Какая актриса, вы ее видели? Видели… Видели, как она выглядела?

От боли за маму перехватило горло.

Больно признавать даже про себя, что она плохо выглядела, а уж вслух… О том, в каком состоянии она была, как болела, я вообще не скажу.

— Вы ошиблись, — вновь повторила я.

Зверь только улыбался, щекотно гладя прядь, и я отпрянула. Если раньше внутренняя стрелка моих сомнений колебалась от плюса к минусу, и я не могла решить, мой отец это был или нет, то теперь убедилась, что меня просто с кем-то перепутали.

Черт возьми, может, мама работала у Девина прислугой или уборщицей, помогала при родах той девушке, у нее и так слабое здоровье, а эта сцена окончательно подорвала ее психику. Вот она и выдумала историю с моим отцом, когда сама забеременела. Я скорее в это поверю.

Даже спорить не буду.

— Ты меня порадовала, Лили, — продолжил Зверь. — Молодец… Серьезно подошла к нашему соглашению.

— Что еще? — Зверь заметил, как я маюсь.