После того, как я узнала, что муж мертв, во мне что-то окончательно умерло. Наверное, жалость. Потому что на вопрос Авдея, что делать с этой тварью, я не дрогнула, подписав ему приговор.
- Пусть заплатит сполна. Как полагается.
Багров был тогда рядом и задумчиво посмотрел на меня.
- Ты уверена, Олюшка? Разве это справедливо выносить приговор самой?
- А справедливости нет, Феликс. Есть просто жизнь.
- Я все сделаю, - кивнул Авдей. - Тебе не обязательно присутствовать. Парни организуют.
Вроде бы все так, к чему пачкать руки? Но я все равно пришла.
Не выдержала долго - тошнота скрутила. Но и незамазанной тоже не осталась.
Все происходящее было непривычно и странно. Но я не чувствовала отторжения. Злость и бессильная ярость во мне трансформировались в холодность и цинизм. Настолько, что даже некоторые из парней Богдана стали с опаской поглядывать на меня после того, как поучаствовала в расправе над Красильниковым.
Я больше не рвалась, как сказал Ремисов, на передовую. Но в обсуждении стратегии и дальнейшего сотрудничества с тем или иным партнером участвовала.
Сабуров стал частым гостем у нас. И хотя можно было вернуться обратно, в дом Заславского, я продолжала оттягивать этот момент.
Боялась. Жить там и понимать, что больше он не войдет в нашу спальню, не присоединится ко мне в ванною… Это больно.
Феликс сдержал слово - проблемы в бизнесе стали решаться. Когда документально все было оформлено, я передала ему управление и владение заводом, как мы и договаривались.
Все было спокойно.
Пока я не начала замечать, что чувствую присутствие мужа. Неуловимо. Словно это просто морок.
Но стабильно раз в несколько дней мне казалось, что я ощущаю его запах.
Просыпалась среди ночи, включала везде свет и искала.
Мне стало казаться, что я схожу с ума. Однажды даже спросила у Авдея про это:
- Что если он выжил? Такое ведь может быть?
Тот посмотрел на меня с жалостью. И больше я этот разговор не заводила.
А спустя пару недель приехал Багров. Без предупреждения. Я как раз сидела в библиотеке, пыталась отвлечься от очередного миража.
- Не занята? - спросил он, небрежно скидывая пальто на кресло.
- Как видишь, - жму плечами. - Что-то случилось?
- А разве обязательно должно что-то случиться?
- Ты не приезжаешь просто так.
- Надо же, выучила мои привычки, - усмехается Феликс. - Сколько ты будешь носить траур, Олюшка?
Растерянно смотрю на черное платье, которое стало моей повседневной одеждой.
- Как это тебя касается? - резко спрашиваю.
