Никто и ничего не прошмыгнул бы. В доме отцовском оставил их, но там смысл какой? Если ее уже привели куда надо?
- Оставил? - цежу, стискивая зубы. - Ты, блядь, какого хера ее оставил, а? Я тебе что сказал? Глаз не спускать!
- Мой косяк, - тот даже не спорит. - Твое право наказать.
- В задницу засунь право свое, - рявкаю на него. - Мне это по-твоему нужно? Выясни все про жучок этот. И пошустрее.
Шагаю к машине и резко открываю дверь, выволакиваю стрекозу неугомонную.
Она бледная, губа разбита, на скуле синяк наливается.
Перевожу вопросительный взгляд на Авдея.
- Пришлось потолкаться, - пожимает плечами тот. - Ты же сказал привезти любой.
Сказал, да. Глупо теперь предъявы кидать.
- В дом пошла, - приказываю вертихвостке. Вот только Барби вдруг решает характер показать. Вся бледная, трясется, а туда же. Делает шаг назад, даже головой мотает для убедительности.
- Нет.
- Нет?
- Я бросаю тебе вызов, Богдан.
Ее голос дрожит, волнение видно так, что даже с закрытыми глазами ощущаешь.
- Последний шанс, - даю возможность одуматься и не злить меня еще больше.
- Или ты боишься? - с вызовом произносит кукла. - Отказываешься? При всех?
Медленно оглядываюсь, и понимаю, что парни-то все секут фишку. Даже Авдей рот раскрыл и балдеет от расклада. А еще все они ждут, что я сделаю с этой свиристелкой, которая в очередной раз решила, что может подрывать мой авторитет.
Все-таки напросилась.
- Ну, банкуй, - делаю приглашающий жест, - послушаем, что ты там придумала.
"
"- В тире. По десять выстрелов. Если я попаду не хуже тебя, ты меня отпустишь. А если лучше - дашь развод.
Вот, блядь, у кого ни совести, ни стыда, ни границ поведения. Стою и охереваю с ее дерзости. Это когда она успела так заматереть, чтобы условия мне такие выкатывать?! Я, конечно, знал, что девчонка в тире зависает. Неужели поверила в себя настолько? Ой, дура…
Делаю шаг к ней. Она рефлекторно дергается, но на месте остается.
Что ж, неплохо.
- А если хуже, а, Барби? Готова к последствиям?
- Ты все равно накажешь, - мрачно возражает она.
- Накажу. Но в спальне. Один на один. Если ты прямо сейчас встанешь на колени извинишься.
Как же зашибенно сверкает ее взгляд. Аж руки чешутся поставить ее в коленно-локтевую прямо здесь. Злится, возмущенно пыхтит.
- То есть боишься проиграть?
Ох, зря она снова завела эту пластинку.
- Будь по твоему, Барби. Парни свидетели.
