Проданная (СИ)

Металл гудел, наполняя пространство глубоким густым гулом. Казалось, эти люди даже не собирались осторожничать. Они достигли угла и остановились. Сейчас нас разделяло чуть больше трех метров. Пропасть и темнота. Главное, чтобы они не пошли на мост. Лучи света беспокойно расчерчивали тьму, скользили по «моей» стене. На долю секунды луч осветил меня, и я чуть не задохнулась от ужаса, но, к счастью, меня не заметили.

Гул железа утих, и повисла удушающая тишина. Они остановились. Мне казалось, я слышала их дыхание.

Я вглядывалась изо всех сил, но яркий свет фонарей не позволял разглядеть даже силуэтов.

Они двинулись в сторону моста, и я похолодела. Пятна света облизывали перекосившуюся конструкцию. Вероятно, они прикидывали, можно ли здесь пройти.

— Мне уже кажется, ты водишь меня кругами.

От звука этого голоса у меня волосы встали дыбом. Я узнаю его всегда и везде. Я вжалась в стену. Внутри все бесконтрольно затряслось.

— Что вы, ваше высокородие…

И Огден. Он все же привел его…

— Ты стал предателем.

Я не видела в темноте, но до подробностей реально представляла, как паук поджал ручки, подобострастно согнулся:

— Никогда, господин. Но я предупреждал, что ночью здесь слишком опасно, трудно ориентироваться. Я просто не понимаю теперь, куда нужно идти. Стоило подождать до утра.

Раздался хлесткий звонкий шлепок. Этот звук ни с чем не перепутаешь — Невий ударил Огдена по лицу.

— Тебе не кажется, что я слишком долго ждал?

Меня трясло так, что стучали зубы, и я просто не понимала, что теперь делать.

Я оказалась в ловушке. И если Невий пройдет по мосту — я погибла. Теперь — наверняка.

— Стоило просто отправить со мной людей и не утруждаться самому. Слишком опасно, ваше высокородие.

— Если бы я тебе верил — то так бы и сделал. Но тебе нет веры, Огден. Ты же обманешь. Я достану эту тварь из-под земли. Сам. Своими руками. И ты покажешь, где ее спрятал. Или сдохнешь. Прямо сейчас. Но ты ведь не такой идиот, чтобы умирать из-за шлюхи.

Значит, Огден не выдавал меня… Внутри едва-едва затеплилось что-то вроде сиюминутной признательности, но сейчас это не имело значения.

Я никак не могла решиться. Если я побегу — это никак не останется незамеченным. Это будет последний забег на выживание, и я едва ли выйду из него победителем. Либо меня поймают, либо я сорвусь. Кажется, третьего варианта не было. Но я все еще надеялась на чудо. Надеялась, что они пройдут мимо, не решившись идти по этому мосту.