Проданная (СИ)

 — Но запомни, сучка: если окажется, что я предложу принцу Эквину порченную шлюху, ты поплатишься так, что будешь умолять о смерти. Но тебя никто не услышит.

Я с трудом осознавала сказанное. Принцу Эквину? Он хочет отдать меня принцу Эквину?

Я посмотрела в его лицо:

— Умоляю, господин! Ваш отец…

Очередной удар не позволил мне договорить. Я прижала ладонь, чувствуя во рту привкус крови — зубы пропороли щеку. Невий вновь схватил меня за шею и прижал к стене:

— Не смей вспоминать о моем отце, рабыня! Я — твой хозяин.

Я тебя купил. И принадлежишь ты мне. Вместе со всеми щелями.

Перед глазами плыло от слез. Я все равно пыталась отвести его руку, которая сжимала горло, за что снова получила по лицу. Он схватил меня за волосы и рванул вниз, вынуждая опуститься:

— На колени, наглая тварь.

Я рухнула на камень, сжалась, но он снова рванул за волосы, заставляя выпрямиться и смотреть на него снизу вверх.

— Что ты возомнила себе, рабыня? Не надейся, что моему отцу есть до тебя дело. Ты всего лишь шлюха — до тебя никому нет дела.

Ты мусор под моими сапогами. Грязь. Пыль.

Он пинал меня по коленям, вынуждая развести ноги:

— Шире! Руки за спину.

Оставалось только подчиняться.

Наконец, он разжал пальцы и бросил, как собаке:

Опустился в кресло и с удовлетворением смотрел на меня, вернувшись к своему вонючему куреву.

Не знаю, сколько времени прошло. Ноги затекли, заледенели на холодном камне. Я опустила голову, глядя в пол, и беззвучно рыдала, наблюдая, как время от времени тяжелые капли срываются с подбородка и разбиваются о мрамор.

— К вечеру вымоешься и приведешь себя в порядок.

С каждым словом сердце болезненно колотилось.

— Будешь прислуживать сегодня мне и моим гостям. Не слышу!

Он вновь подошел, дернул за волосы, вынуждая поднять голову:

Я едва шевелила губами:

Невий отпихнул меня так, что я ударилась затылком о стену.

Я подобрала разорванное платье, прижала к себе и побежала прочь на негнущихся ногах.

Я выскочила за двери, пробежала мимо охраны и свернула за первый попавшийся угол, к лестнице.

Наспех надела рваное платье, запахнула на груди. Поежилась, чувствуя, как кожа покрывается мурашками, и с отчаянным рыданием осела на ступени. Я хотела умереть. Чтобы единым разом покончить с этим невозможным кошмаром.

Все это не могло быть правдой.

Это слишком ужасно для правды.

Единственная мысль, которая пришла мне в голову — найти управляющего. У него должны быть какие-то распоряжения на мой счет от Квинта Мателлина. Непременно должны быть.