— Я о дороге, а не о Таше…
— А-а-а, — протянул разочарованный Виталий, — но неисполнение вы мне не пришьете — работа выполнена, в отчетах отражено… Сам я не уйду, а по статье не получится уволить."
"— Мне надо самому приехать и увидеть, — окончательно решил я.
— Приезжайте, босс. У нас открытие дороги намечено как раз к новогодним праздникам. Останетесь на корпоратив…
— Новогодним? — я с удивлением глянул на часы с календарем.
Да, декабрь. За всеми этими проблемами я не заметил, как пролетел год. Захотелось оставить все нерешенные вопросы в старом.
Так будет правильнее всего.
— Я приеду на следующей неделе. Подготовь всё. Я должен увидеть дорогу в рабочем состоянии.
— Не вопрос.
— Тогда поговорим о доле, — запустил я в действие свой план.
— Вы серьезно? — насторожился управляющий.
— Абсолютно, но поговорим не по телефону.
Я положил трубку и выдохнул.
Вот и всё, маховик запущен. Я знал наперед, что будет с Виталием, губернатором и бывшим моим партнером. Во всем этом плане было только одно неизвестное, точнее, два — Таша и её сын.
Только ее решение волновало меня по-настоящему.
За неделю я успел отделить компанию Виталия от основного холдинга, децентрализовал логистические сети и вывел основные капиталы в зарубежный банк, подальше от приставов и возможных препятствий со стороны бывшего партнера. Только после подготовки вызвал юриста:
— Начинай переговоры о соглашении сторон, — распорядился я. — Сначала дави на них агрессивно, но закладывай в головы, что им вполне хватит отката в части бизнеса.
Я готов стать совладельцем компании вместе с Сергеем Ивановичем.
— Но…
— Не уточняй не размеры, не форму. Просто зомбируй на факт совладения бизнесом. Я и он. Сергей должен захотеть войти в долю, понял? Предложение в конце переговоров должно прозвучать от них!
Юрист делал пометки в ежедневнике.
— И еще, подчеркни срочность. Предложение действует до конца этого года. После Нового года я снимаюсь отсюда и уезжаю работать в Европу. Это тоже заложи в их головы.
Он захочет остановить меня и заставить работать на него. Совладение как раз даст ему эту возможность.
Отпустил юриста и уехал домой, чтобы собрать чемодан.
В спальне механически покидал смену белья на неделю, взял пару костюмов и джинсы. И только тогда наткнулся взглядом на картину…
Почему мне так тошно без нее? Почему я не могу выкинуть из своей жизни последние воспоминания о ней?
Потому что только тоска от воспоминаний делала меня живым.
