Я ощущала его как прикосновение: сначала к шее, потом ниже по декольте, чуть дольше задержался на груди, так, что соски напряглись, словно до них дотронулись. Я прикрыла глаза и перевела дыхание. Он не заметит мою реакцию, но мне совершенно точно не нравится его собственнический взгляд.
Когда я открыла глаза, гость уже исследовал меня до носков туфель и снова посмотрел в глаза, буквально впиваясь в зрачки.
— Взаимно.
От его низкого рокочущего тембра по телу пошли мурашки. А я посчитала, что для знакомства этого достаточно, и повернулась к мужу, с улыбкой пристраиваясь к нему и цепляясь за локоть.
Да уж, по общей нервной обстановке, чувствую, что Вите будет не до новостей сегодня.
— Может, закажешь мне выпить? В горле пересохло.
Но ответ раздался из-за спины, от московского гостя:
— Отличная идея, я бы тоже выпил.
Вот так от одной реплики большого босса всё вокруг зашевелилось, засуетилось, закружилось. На несколько секунд мы втроем попали в людской водоворот, внезапно решивший, что им тоже нужно, кому выпить, кому присесть за стол, кому отойти покурить.
Я на мгновение оказалась прижата к мужскому телу и по инерции прислонилась теснее, удерживая равновесия и проходясь ладонью по бедру мужа, чувствуя, как он напряжен.
— Вино? Шампанское?
Я вздрогнула, вдруг понимая, что прижимаюсь вовсе не к мужу, он стоит рядом, к счастью отвлеченный царящей суетой.
— Эм… Шампанское. — Но тут я себя одернула, вспомнив, что впереди ночи зачатия. Какой к черту алкоголь! — А лучше минералки.
Очень хочется пить.
Муж отделился от нас, и я была уверена, что большой бос пойдет следом, но он остался.
— Хороший вечер, Наталья, не находите?
Что? Это столичный подкат? Серьезно?
— Замечательный вечер, как и все предыдущие, — промямлила я, зная, что не мне сегодня развлекать дорогого гостя, и немного напрягаясь, что он стоит непозволительно близко. Может, мою ошибку он принял за намёк?
— Я должна извиниться. Думала, сзади стоит Витя, поэтому прислонилась.
— Витя? — он вздёрнул бровь и снова улыбнулся одним уголком губ.
— Вам не стоит извиняться, за близость извиняться не принято.
И эта гадская полуулыбка, которую я уже начинала ненавидеть за таящийся в ней полунамёк. Между мной и этим боссом ничего нет и быть не может! Не надо мне так улыбаться и намекать.
— Ну, что ж, если это всё…
— Наташ, минералки не нашел, держи шампанское, — Витя сунул мне в руку бокал до того, как я успела ретироваться от большого босса.
