Его рот мгновенно атаковал мой, требуя немедленного исполнения желаний. Язык лаской прошелся по губам и внутрь. Я тихо всхлипнула, чувствуя собственный отклик.
Черт, я же ничего не теряю! Всё, что можно, я уже потеряла. А теперь Марк предлагает помощь. И мне будет нетрудно… Мне же до умопомрачения нравится секс с ним.
Он уже подхватил меня под ягодицы и сдвинул к самому краю стола, где я почувствовала его напор. Откинулась руки, подставляя ему шею и подрагивая от набегающих мурашек, пока босс разгонялся.
Платье спущено с плеч, груди, Марк рычит, пытаясь успеть за своим голодом добраться до всего. На мой протяжный стон, он с чертыханием лезет в карман брюк за защитой и замирает, когда моя ладонь накрывает его пах.
Я вижу, как раздулись и подрагивают его ноздри, но он не шевелится, боясь меня спугнуть. Только я уже согласилась на сделку. Раз уж он довел меня до черты — то пусть и помогает.
Не торопясь, я провожу пальцами по вставшему члену, еще стиснутому плотной тканью брюк.
Марк чуть поддает бедрами, тычась в мою ладонь, подталкивая к дальнейшим действиям. Я смотрю на него, облизываю пересохшие губы и берусь за молнию на ширинке. И снова выдержка босса летит к чертям. Он хватает меня за затылок и впивается злым, ненасытным поцелуем, плотно прижимаясь к промежности и двигая бедрами, чтобы через секунды уже я нетерпеливо застонала ему в рот.
Он высвобождает подрагивающий член, раскатывает презерватив по стволу и берет меня под коленки, фактически раскладывая на рабочем столе, где еще полчаса назад шло серьезное совещание.
Одна моя нога у него на плече, И Марк входит под каким-то неимоверным углом, что я изгибаюсь и слишком громко охаю. Он останавливается и ждет, пока я нетерпеливо не качну бедрами, только потом входит до упора и с облегчением целует ногу, потом кусает и делает первое движение, от которого внутри все скручивается от тянущего предвкушения удовольствия.
Мне уже насрать, что мы трахаемся в кабинете мужа, что он с секретаршей стоят за стеной, куда наверняка доносятся наши крики и стоны. Сейчас я хочу, чтобы Марк не останавливался! Сейчас я чувствую каждый миллиметр его охренительной длины, входящей и выходящей из меня, медленно, с нарочитым растягиванием удовольствия.
