Неловко обнял девушку. Та затихла в его объятиях, прижавшись головой к его груди.
Не было сил смотреть на них без слез.
— Господи, помоги, — зашептала про себя Мирослава. — Пожалуйста…
Понимая, что даже не свою жизнь просит, а за этих несчастных, оказавшихся здесь из-за нее. И вообще, чтобы у них все в жизни когда-нибудь наладилось, и они были счастливы. Если уж ей не суждено.
Какое-то время было тихо. Пленники смогли посидеть относительно спокойно. Безумно хотелось есть и спать, но от страха не было сил спать и кусок не лез в горло.
Через сколько, Мирослава уже не знала, сколько времени прошло, снова явилось несколько человек и все началось по новой. Только теперь разбойники были больше пьяны и выкрики их становились все агрессивнее.
Однако в какой-то момент ситуация резко изменилась. Сначала разбойников как ветром сдуло из подвала, а потом туда стали доноситься звуки боя. Крики, звон мечей, Пламя факелов заметалось отблесками по стене. При первых же звуках Эрвиг немедленно вскочил и застыл у решетки, вглядываясь туда, пытаясь уловить что происходит.
Очень скоро шум стал слышен совсем близко. Не зная, чего ждать, женщины обнявшись вжались в стену в дальнем углу. Эрвиг, понимая, что к ним прорываются с боем, заметался у самой решетки.
Ожидание стало убийственным, а время тянулось неимоверно долго.
Хотя на самом деле, счет шел на секунды.
Но вот бой сместился, теперь он шел совсем близко. В коридор перед камерой влетело несколько человек, разбойники рубились отчаянно, их подхлестывал страх, но воины с королевскими знаками отличий теснили неумолимо.
А впереди, не обращая внимания на мелькавшие у самого лица клинки, к решетке пробивался мужчина в длинном сером плаще.
Мирослава сейчас смотрела только на него. Он даже не был вооружен, точнее, не держал в руках меча, он просто проталкивался сквозь эту мясорубку, отбрасывая всех со своего пути.
Добравшись до решетчатой двери, за которой они были заперты, тряхнул ее. Эрвиг изнутри крикнул:
— Ключ! Надо взять ключ!
Но мужчина, лица которого не было видно под капюшоном, только оглянулся на сражавшихся и, недовольно дернув головой, крикнул:
— Посторонись!"
"А потом высадил решетку.
Эрвиг только и успел отпрыгнуть в сторону, а их освободитель вихрем влетел в камеру, озираясь по сторонам. Увидел женщин в углу и направился к ним.
Но в нескольких шагах застыл на миг, словно не решался подойти.
* * *Сейчас он, тяжело дыша, стоял напротив.
