А может быть, дело как раз в том, что судьбу свою им было не изменить? Она бы все равно привела их друг к другу?
Как знать?
Ответа на это вопрос он конечно же не дождался. Уснул, уткнувшись носом в ее волосы. Слишком хорошо было рядом с ней, чтобы надолго отвлечься.
* * *А наутро у них объявились гости.
Негромкий, даже какой-то робкий стук в дверь. Мира от этого проснулась, не совсем еще понимая, что происходит. Рядом, откинувшись назад, и предоставляя в ее распоряжение всю подушку, спал Вадим.
Миру мгновенно обожгло смущением от нахлынувших воспоминаний.
Засмотрелась.
Во сне он казался молодым, красивым и беззащитным, а еще несгибаемым, непрошибаемым и беспощадным, как таран. Удивительная двойственность натуры.
Даже сейчас умудрялся демонстрировать свою собственническую сущность. Рука плотно обхватывала ее талию, прижимая к себе. Но и тут берег, подушка была всего одна, чтобы не потревожить ее, ему пришлось изрядно изогнуть шею.
Одно слово — демон. Или тень, как их тут называют.
Мира не могла связать его сущность с религиозным понятием. Потому что он не был воплощением зла, правда, и пушистостью и белизной не отличался. Но поступки на которые Вадим оказался способен, говорили сами за себя. Ну а то, что он с крыльями, это так красиво…
Впрочем, что с крыльями, что без, он был хищником. Кем-то вроде льва, который жрет сырое мясо. Бессмысленно винить хищника, в том, что ему надо питаться.
Стук повторился снова.
Встрепенулась, заливаясь краской стыда.
Совсем спятила.
Быстро выбралась из постели, аккуратно выскользнув из-под руки. Рука тут же зашевелилась, ища потерянное сокровище. Вадим проснулся.
— Что случилось? — подскочил, усаживаясь на постели.
Услышав стук, проговорил, как припечатал:
— Погоди, я пойду посмотрю, что там.
Мира возражать не стала. Вадим быстро вышел наружу, а к ней в комнату проскользнула Одри. Уставилась с лукавым вопросом. Честно говоря, Мирослава испытывала неловкость, оттого что в ее постели сегодня ночевал мужчина, и все вокруг об этом знают.
Глупость конечно, но воспитание, черт его дери… Потому румянец расползся еще ярче.
— Миледи! Ну, скажите уже, все хорошо? — круглые голубые глазки Одри возбужденно блестели.
— Да… — прошептала Мира, кивая внутреннему ощущению счастья. — Да.
— Ой, — затараторила девушка. — А мне Эрвиг сразу сказал, они любят друг друга, значит, так тому и быть. Я за вас ужасно рада, миледи.
