Страшно хотелось перевернуться, но я приложила все усилия, чтобы не шелохнуться и выглядеть так, словно я в глубоком обмороке. Но перед врачами придется прийти в себя. Они быстро поймут, что я притворяюсь.
Мне было сложно оценивать ситуацию. Я могла только слушать: хлопнула дверь, раздались голоса. Хреново будет, если вместе с врачами войдет Маре, его провести не удастся.
— Что случилось?
— Она упала, — сбивчиво, но убедительно начала Коринна. — У нее начались судороги! Ее срочно нужно везти в больницу! Вы не понимаете, это наследственное, у нашей бабушки было также, она умерла!
Судя по шагам, ко мне приближались, и пришлось открыть глаза и сделать вид, что прихожу в себя.
Нам могут не поверить, если заметят, что обморок ненастоящий.
— Вы можете оказать помощь на месте? — спросил начальник охраны.
И я поняла, что он будет давить на это, пока не приедет Маре.
— Я беременна, — сказала я врачам, и оглядела присутствующих. В шок была даже Коринна, но мне пришлось на это пойти. Не госпитализировать беременную они не откажутся точно, и охране нечем будет крыть.
— У меня начинается из-за судорог выкидыш!
Это решило все.
Но в последний момент, когда сестра шагнула за мной, чтобы ехать со мной в машине, начальник безопасности преградил ей путь.
— Нет, Коринна. Вы останетесь здесь, вам не нужна медицинская помощь.
Сестра осеклась и беспомощно взглянула на меня. Мы думали, что нам разрешат поехать вместе.
— Но… мы же сестры. А если Лили станет хуже?
— Только с разрешения Маре, — отсек ее начальник безопасности, и Коринна тоскливо взглянула на меня, прощаясь.
Помоги мне, кричали ее глаза, только не забудь! Используй все шансы для нас!
— Все будет хорошо, не волнуйся, — дрожащим голосом пообещала я.
Я хотела воспользоваться телефоном еще в машине, взяв его у медперсонала, но один охранник сел со мной, еще и машина сзади нас сопровождала. Времени оставалось не так много, и они выйдут на контакт с Маре. Ничего, через несколько минут мы будем в госпитале…
Оттуда я смогу позвонить Зверю или сбежать, если все пойдет по плану.
Еще в машине мне что-то вкололи и стало легче. Я сильно приложилась об пол, когда падала. И сейчас жалела об этом, но переиграть не могла, да и не было другого выбора — переиграть неудачный дубль я не могла, у нас был только один шанс.
— Мне нужно в туалет, — сказала я, как только мы приехали.
Вопросительно взглянула на охрану, но те не стали возражать. Все равно в туалет меня повели под конвоем.
