Эта война интересна только ему. Моя давно закончилась. Сердце немного жег пепел в коробке на заднем сиденье, и то я пока не поняла, почему так сильно.
Руслан был мне небезразличен.
Я Зверю этого никогда не скажу. Но в чем-то Руслан был прав, я не смогу его забыть. Может ли вообще быть небезразличен тот, от кого родила ребенка? В хорошем смысле или в плохом, но выкинуть его из головы полностью не получалось.
— Что будем делать с прахом? — спросила я.
— Я бы просто вышвырнул этого тупого ублюдка в помойку… — сквозь зубы процедил Зверь.
— Но мне жаль Ника. Поэтому мы его похороним. Завтра.
Второй раз за последние дни я была на похоронах.
Зверь хоронил его на семейном участке в тихом месте кладбища. Никаких белых ангелов и прессы, Кирилл хотел, чтобы все прошло как можно незаметнее. Приехал Ник. Небритый, в темных очках. Он стоял на зябком ветру, не ежась, пока рыли небольшую могилу.
Я привезла урну с прахом, которая всю ночь простояла на комоде в моей комнате. Я не сомкнула глаз до утра: крутилась в постели, то проверяя сына, то вспоминая Руслана.
Ночь была эмоциональной и сложной. Мы почти не говорили, только кивнули друг другу.
Руслан для этого города много значил.
А хоронят практически тайно, пришли только самые близкие. Брат, сын, и я — только не знаю, кем ему прихожусь, любовница, мать его ребенка?
Зверь хорошо заплатил могильщикам, выкопав могилу, они дежурили неподалеку, дожидаясь, пока мы простимся и можно будет заканчивать.
Девин, конечно, редкостная сволочь.
Умудрился достать Руслана даже из могилы и отомстить.
Теперь оба в земле. На прощании никто так и не смог ничего сказать. Зверь был слишком зол на происходящее, чтобы трогательно прощаться, я ничего не смогла придумать — голова была абсолютно пустой, Ник не умел говорить.
Так что мы кинули по горсти земли и Зверь велел зарывать могилу.
— Поедем в «Авалон». Помянем.
На кладбище я продрогла до костей. Стакан подогретого вина со специями пришелся кстати. Мы расположись в кабинете главного зала. После ночи клуб был пустым, залы — темными и покинутыми.
Девочки и персонал отсыпались, клуб приводили в порядок перед следующей крышесносной ночью.
Казалось несправедливым, что из-за смерти основателя клуба даже не сделают паузу в развлечениях. Шоу должно продолжаться. Лично я б не хотела так уйти.
Первый глоток мы сделали после траурной паузы, не чокаясь.
— Что думаешь делать, сынок? — спросил Зверь.
Ник пожал плечами. Достал телефон, начал писать ответ. Я в их общении не участвовала.
