Это дало мне несколько дней форы, чтобы начать искать ребенка. Я вышел на старый дом Девина, но ребенка уже увезли. Зато удостоверился, что он действительно жив. Допросил охрану и убрал улики.
— Это ты поджег дом?
— Да."
"Я обескураженно замолчала. Все это время, даже похоронив урну с прахом, я что-то такое неосознанно чувствовала, но поняла это только сейчас. Подсознательно я не верила в его смерть. Не воспринимала. Но теперь он стоит рядом, живой и сильный, а и в это я поверить не могу. После моего отчаянного нападения из меня словно ушли силы и уверенность в себе.
А может это после того, что рассказала Вика. Мне очень хотелось на ручки. Но Зверя нет, а на ручки к Руслану я не пойду сама, даже если предложит. И что здесь делает подруга, я так и не узнала.
— Вика здесь, — сказала я. — Что-то случилось? Почему ее вызвали из «Авалона»?
— Я вызвал ее из постели своего сына, а не из «Авалона»! — разозлился он. — В «Авалоне» пожар. Все, что я создавал годами, всему пришел конец. Пусть хоть она здесь будет.
Я не стала продолжать. Вика для него теперь вроде как «своя», подружка Ника. Поэтому он ее и вызвал, ее, а не любого другого врача из своего штата. Про клуб я ничего не сказала. Траурно молчала, думая о Звере.
Ну да, все пошло прахом.
Он сам виноват.
— Ты должен это остановить, — прошептала я.
Ходила почти по краю, по лезвию ножа. Я отчаянно хотела вытащить Зверя, на имущество плевать. А Руслану — наоборот. Наплевать на ненавидимого брата, но не на то, что он создавал годами личным трудом.
Если я надавлю на нужные точки, он возьмет опекуна Коринны за глотку. А это спасет Кирилла.
Мне немного надо.
— С тех пор, как Зверь у них, они жгут все, что вам принадлежало.
Руслан стоял ко мне спиной, но эта спина напряглась.
— Он мне звонил, глумился, — мой голос задрожал. — Я ничего не смогу сделать. Я пыталась с ним договориться, но ему ничего не нужно от меня. Угроз моих он не боится.
— И чего ты хочешь? — хрипловато спросил он.
Тон был вопросительно-угрожающим. Он раскусил мою хитрость и Руслану не нравится, куда я веду.
— Поговори с ним ты, — в горле внезапно пересохло, и я сглотнула.
Глупо на что-то надеяться, и о чем-то его просить после того, как кидалась на него с ножом. Он с трудом спасся: благодаря неимоверной удаче, и хитрости. Захочет ли вообще раскрывать, что жив? Ведь обвинений в убийстве с него так и не сняли. Черт. Куда ни сунься, кругом тупик.
И если даже позвонит — Руслану тоже нечего предложит. Нечем угрожать. Пат.
