Проданная невеста

— И что теперь — оставить всё в руинах, чтобы страдать до конца дней?! Неужели ты не устал от одиночества? А если за двадцать четыре года так и не взглянул ни на кого, ясно же, что другая тебе просто не нужна. Так зачем же из чистого упрямства лишать себя единственного шанса наладить жизнь?

Отец, ты меня слышишь?! — последнюю фразу Риндаль почти выкрикнул.

— Слышу, Ринд. Слышу, — вздохнул Дарнвилл.

— И?! Ты наконец поговоришь с матерью?

На лице отца отразилась мука. С одной стороны, попытать счастья, конечно, хотелось.

— Поговорю, — решился-таки он.

— Когда? — пускать дело на самотёк Риндаль не собирался. Не то «поговорю» может случиться еще через десять лет.

— После коронации Блайвора. Поеду прямо на следующий день.

— Нет! Послезавтра, — без обиняков заявил Риндаль.

— Ринд, прекрати! — возмутился Дарнвилл, не понимая, что на того нашло. — Даже не говоря о том, что Блайв мне как сын, регент просто обязан присутствовать на коронации.

Риндаль хитро улыбнулся:

— Ты явно забываешь, кто твой родной сын. Слетаем и вечером уже вернемся.

— Но ты, дракон, ранен, — напомнил отец.

— Так я ведь и оборотень тоже — к послезавтра, уверен, всё заживет.

Дарнвилл, тепло улыбнувшись, потрепал его по светлым волосам:

— Хорошо. А теперь иди отдыхать.

Но выспаться, видно, была не судьба. Выйдя в коридор, Риндаль услышал всхлипывания, доносившиеся из покоев Арканты. Тихонько заглянул в дверь.

— Солнце, почему плачешь? — Риндаль опустился на кровать рядом с ней.

Арканта села, поспешно утирая слезы.

— Да так… Не обращай внимания.

— И всё-таки — что стряслось? — он внимательно посмотрел ей в глаза, словно хотел прочесть ответ в них. Как будто ему было не всё равно.

И ей захотелось поделиться.

— Сейчас — ничего. Просто Блайвор не исключает варианта, что Мертина тоже Гонтон убил.

В ореховых глазах мелькнуло удивление.

— Я готов с ним согласиться. Очень может быть, что Мертин раскопал истину и стал опасен для Гонтона.

Но почему тебя этот факт расстраивается настолько?

— Разве это не ужасно — быть убитым собственным отцом?!

— Ужасно, конечно, — согласился Риндаль. — Только история давно быльём поросла. Да и Гонтон, по счастью, уже мертв.

— Это для тебя она поросла быльём! — воскликнула Арканта. — Для всех вас! А для меня… — в глазах девушки вновь блеснули слезы.