Проданная невеста (СИ)

– У меня никогда не было отвращения к вам, - сказала и тут же поправила себя, добавив, - к тебе. Мне кажется, - слова давались с трудом. Боги, я даже подумать не могла, что это так непросто, выразить свои чувства, когда действительно влюблен!

Рейн не дослушал до конца. Он подхватил меня на руки и шагнул из гостиной своих покоев, держа меня так, словно я была пушинкой, гонимой ветром.

- Теперь я ни за что не отпущу тебя, - шепнул он горячо. – Даже если вздумаешь бежать. Поздно, Сьюзан! Ты моя и только моя!

Я рассмеялась в ответ на его слова.

Бежать? Куда?

Я не настолько глупа, чтобы убегать от собственного счастья. А мое счастье заключалось в моем муже и в нашей любви.

Рейн толкнул дверь ногой и я, повернув голову, увидела, что мы вошли в его спальню.

Все, что успела рассмотреть – это окно, в которое заглядывала ночь. А еще успела оценить твердость кровати, на которую меня положил Рейн. Сделал он это со всей осторожностью, на которую только был способен. Так мать укладывает дитя, боясь потревожить его сон.

Я лежала на мягких подушках и с любопытством смотрела на мужа.

Рейн встал рядом с кроватью во весь свой немалый рост. Не отрывая от меня горящего взгляда, он первым делом скинул сюртук, за ним следом на пол полетел шейный платок и пальцы мужа принялись ловко сражаться с пуговичками на рубашке.

Будь я немного опытнее, то наверное предложила бы ему помочь с этой работой. Но я лежала и смотрела на Рейна не в силах отвести взгляд. Самой себе казалась развратницей, но ничего не могла поделать с этим любопытством.

Вот Рейн бросил на пол рубашку. У мужа было крепкое тело, достойное кисти художника: широкие плечи, красивая рельефная грудь и плоский живот с тугими мышцами, по которым отчаянно захотелось провести рукой.

Он не спросил, смущает ли меня его вид. А я покраснела, но не отвела глаза, когда Риверс сбросил последние покровы со своего тела и дав мне всего секунду полюбоваться собой, опустился на постель рядом.

- Ты… - прошептала неожиданно осипшим голосом, - ты прекрасен!

Он усмехнулся.

- Глупости, - бросил в ответ, а я потянулась к его щеке. Нежно коснулась шрама, потом села и поцеловала мужа в уродливую линию, расчертившую его лицо.

- Мне нравится в тебе все, - шепнула.

Рейн перехватил мои губы, прижался к ним своим жадным ртом, отнимая те слова, что уже хотели сорваться с них.

- Это ты прекрасна, - сказал он в перерывах между нашими поцелуями.