Продавец крови (СИ)

— Почему?

— Я ею замужем нажралась. То есть, я хотела сказать, наелась. Эмиль часто таскал меня на светские рауты. Когда женатый человек появляется без жены, это… неприлично, — подобрала я слово. — Приходилось его сопровождать.

Про Эмиля я рассказывала легко: все годы брака я была его тенью. Это он жил, а у меня была видимость жизни. Оживать я начала после развода, а это слишком недолго, чтобы накопить истории, которыми можно развлекать знакомых. А своего прошлого в разговоре с Владом я не хотела касаться. И вообще ни с кем, если на то пошло.

На улице постепенно темнело. Официанты прошли по залу, расставляя свечи в больших пузатых бокалах. Один предложили и нам. Огонек отбрасывал блики на полированную поверхность стола и бамбуковые салфетки, стало очень уютно.

Я смотрела на проспект и чувствовала себя виноватой, в тишине мы сидели благодаря моей твердолобости, но я не знала, как исправить ситуацию. Образ жизни сделал меня подозрительной — я не верила ему.

— Все-таки, зачем ты приехал?

— Я же сказал.

Я ответила долгим мрачным взглядом.

— Честное слово, у меня нет скрытых мотивов. Я понимаю, почему ты не веришь. Со временем это пройдет, надеюсь.

Еще была надежда, что Влад говорит правду. Он был другим — не из круга Эмиля, даже не из этого города. Я самой себе создавала препятствия. Но…

— Если ты собираешься встречаться со мной, чтобы подобраться к Эмилю, у тебя ничего не выйдет, — предупредила я.

Влад усмехнулся:

— Почему? — Влад усмехнулся. — Ты его любишь?

— Нет, я люблю себя и терпеть не могу, когда меня используют.

— Договорились, — легко согласился он. — Я не использую тебя, а ты о нем больше не вспоминаешь. Я его не знаю, и не хочу знать.

Я улыбнулась и решила, что этого он вполне заслуживает. А потом выразительно посмотрела на часы.

— Еще не поздно, — заметил Влад. — Куда-то торопишься?

— Я устала. И нога болит, — приврала я для правдоподобия.

Влад не стал спорить.

— Я тебя отвезу.

Если бы не планы на завтра, я бы осталась, но, если просплю, придется ждать целую неделю.

На улице уже горели придорожные фонари. Вечером стало прохладно, и я застегнула плащ до горла, немного посомневавшись. Плащ короткий, но у меня наплечная кобура и пистолет под мышкой. Высоко задирать придется.

Покосившись на Влада, я решила, что немедленно на меня никто не набросится, но мысль о недоступности пистолета водила по сердцу холодным скальпелем.