Продавец острых ощущений

Постояли у дороги, посмотрели по сторонам. Взгляд цепкий, профессионально заточенный, приученный искать опасность.

Спустя десять минут тот, что слева, постучал по корпусу автомобиля. Из него начали выскакивать еще люди. Такие же, как первые два, точно под копирку сделанные: в кованых ботинках, в черных спортивных костюмах. Они выстроились цепочкой, что-то коротко обсудили и пошли гуськом к дому Удовиченко.

В соседнем дворе, скрытый кустарником, стоял полицейский седан. В нем сидел Стас Крячко и наблюдал за двором.

Он насчитал, что из «Лендровера» вышли восемь человек, включая водителя. «Под завязку пришли. Наверное, боятся снова напортачить». Стас взял в руки рацию и стал ждать. Когда парни прошли половину пути, он потянулся к микрофону. «Здесь, главное, не торопиться, но и не передержать, — вспомнил он напутственные слова Гурова. — Передержишь — придется Удовиченко по частям в пакет собирать. А недодержишь — не получишь доказательств. И то, и другое плохо».

Фигуры в спортивных костюмах дошли до подъездной двери, у подъезда тоже постояли с полминуты и вошли внутрь.

Как только они скрылись за дверью, Крячко вдавил кнопку вызова и прошептал в рацию:

— Леха, к тебе идут. Давайте там поаккуратней.

— Понял, Стас, организуем встречу.

Затем Крячко вышел в общий эфир и сообщил, что банда зашла в дом, операция началась.

— Всем подтянуться к дому, — приказал он. — Готовность «номер один». Как слышно?

Хор нестройных голосов отчитался о готовности, Стас выключил рацию и вышел из машины. Пересек двор, скользнул в приоткрытую дверь и начал осторожно подниматься наверх.

Звук его шагов отражало эхо. Больше никаких звуков слышно не было. У двери Удовиченко никого не было. «Даже на шухере никого не ставят, вот наглости у людей», — покачал он головой. Встал с левой стороны, прижал ухо к двери и прислушался.

В квартире происходила сцена, почти точно повторяющая ту, что происходила в Гольяново. Анархист стоял в дверном проеме между спальней и маленьким коридором, перед ним — человек в костюме.

Анархист их ждал и все равно не смог подготовиться к их приходу. Как только дверь открылась, он буквально онемел и его парализовало. В тот момент он направлялся на кухню за минеральной водой, но теперь не мог вспомнить, зачем вышел из комнаты.

— Ну, здорово, воришка, — без тени улыбки бросил один из бойцов.

— Вы не должны здесь находиться, — начал было Анархист.

— Заткнись и слушай, — с нажимом произнес тот же боец. Дальше Удовиченко общался только с ним.