Продавец цветов

Находясь же на вполне законных основаниях в отделении милиции, он был в безопасности.

Я быстрым шагом покинула здание и направилась к своей машине. На часах уже перевалило за шесть, и времени для осуществления задуманного мною оставалось не так уж и много. «Фольксваген» мощно загудел и быстро тронулся с места. Я спешила на встречу, которая была назначена Бену у фонтана в семь часов. Сам Бен, насколько я понимала, прийти не мог, так как у него не было пейджера. И я собиралась прийти вместо него.

Разумеется, я не знала, кто и зачем хотел встретиться с ним, но выработанная в процессе обучения в «Ворошиловке» и работы частным телохранителем интуиция в подсознании уже создала неясную догадку.

Я не могла четко выразить ее словами, но ассоциации, возникшие у меня после сообщения, полученного на пейджер, настойчиво гнали меня к городскому фонтану к семи часам.

Но сначала я намеревалась быстро заехать домой и немного поработать над своей внешностью. На встречу мне нужно было прийти под видом другого человека: возможно, что между Беном и этим человеком, кроме пейджера, существовал еще какой-то способ связи, и быть узнанной для меня было нежелательно.

Умение гримироваться являлось одним из предметов, который преподавался в «Ворошиловке». Я могла с полной уверенностью утверждать, что он был в числе моих любимых. И здесь я достигла очень хороших или, можно сказать, выдающихся результатов. Процесс перевоплощения в другого человека, вживание в образ — двигаться, одеваться, говорить и даже в какой-то мере думать, как он, доставлял мне настоящее удовольствие.

«Женька-хамелеон» называли меня товарищи по обучению за исключительные способности изображать практически кого угодно.

«Охотникова, вы могли бы сделать фантастическую актерскую карьеру», — вторили им преподаватели.

Однако сцена меня мало привлекала. Я предпочитала в жизни быть автором, режиссером и исполнителем одновременно. На сцене актер скован множеством ограничений в виде текста, замысла постановщика и других вещей.

Я же любила импровизацию. И практически никогда не повторялась дважды — каждая моя «роль» была в своем роде уникальна и неповторима.

Тети Милы дома не было. Я достала свой гримерный набор и перед большим — во весь рост зеркалом занялась тем, что сама назвала косметическим рукоблудием. Моя сегодняшняя задача не была очень сложной — главное, чтобы меня не могли узнать, и потому я управилась быстро.