Сейчас – окно, потом помочь матери накрыть на стол, потом – посидеть за этим столом вместе с мамой и ее гостями, отмечая тридцатипятилетие трудовой деятельности учителя химии Чешко Ларисы Анатольевны. Поздравить ее придут коллеги и подруги: Раиса Сергеевна – учитель физкультуры и Галина Михайловна, учитель физики и завуч в одном лице. Такой вот женской тесной милой компанией проведут этот вечер. А завтра… Завтра видно будет. Будет день – будет и пища.
Свет разбивался в чистом стекле сотнями искорок, в нем же отражалась и сама Полина.
Знакомый с детства двор казался теперь до невозможности ярким, а идущий по двору человек…
… похожим на Ракитянского.
Полина резко распахнула окно. Этаж первый, подходящая фигура была видна отчетливо. Спокойная уверенная походка, джинсы, ладно сидящие на бедрах, тонкий серый лонгслив, авиаторы на пол-лица. Руки в карманах брюк.
Нет, просто похож.
Нет, не просто похож.
Неспешно и неумолимо к ней приближался пятый всадник Апокалипсиса. Ростислав, мать его, Игоревич Ракитянский.
Тряпка из Полиных рук с отвратительным хлюпающим звуком шлепнулось на асфальт под окном.
Слава внимательно проследил за ее траекторией и местом падения. А потом снова поднял голову. Полина ухватилась за раму. Сейчас за тряпкой последует и она.
- Привет. Гулять выйдешь?
За раму она схватилась предусмотрительно. Ибо более нелепого вопроса трудно было ожидать.
- И мячик вынести?
- Можно без мячика, - он задрал очки на лоб. Подстригся совсем коротко, надо же. Вслух не говорилось ничего. Мысли куда-то делись все, и она просто молча смотрела.
Одна только мысль вернулась.
Как же я по тебе соскучилась…
Слава еще какое-то время так же молча смотрел на нее, а потом вернул очки на место и двинулся к двери подъезда. И через пару секунд подал голос дверной звонок.
- Кто бы это мог быть? – выглянула из зала удивленная мать. – Рано еще гостям, вроде бы?"
"Поле захотелось закричать: «Не открывай! Пожалуйста, не открывай!». Но вместо этого она тяжело, по-старчески сползла с подоконника.
- Добрый день, а Полина гулять выйдет? – раздался из прихожей предельно корректный и вежливый голос Ракитянского.
Просто пай-мальчик. Поля даже на секунду зажала уши и зажмурила глаза. По-детски, но хоть ненадолго представить, что этот абсурд происходит не с ней.
- Добрый день, - судя по голосу, маме удавалось не выказывать сильного удивления. Тридцать пять лет в школе – это вам не шутки, Ростислав Игоревич! – Я сейчас ее позову. Лина! – это мама уже выглянула на кухню.
