Мужчина кивнул, принимая мои извинения и тут же произнёс:
– Я, собственно, поэтому к вам и пришёл, – осмотрел гостиную пристальным взглядом, особенно долго задержав его на остатках стола. – Завтра привезут мебель, взамен той, что испорчена.
Дар речи я потеряла, кажется, безвозвратно. Да и челюсть с победным звуком грохнулась на пол.
– Да? – переспросила глуповато, и видя, что ректор рассчитывал на несколько другую реакцию, усиленно закивала: – Спасибо! Большое вам спасибо!
Это же здорово, что мне не придётся решать эту проблему!
– Надеюсь, – по губам мужчины скользнула довольная улыбка, которую он тут же попытался скрыть, но я-то успела её увидеть, – Вы больше не будете тренировать на ней свою магию?
– На мебели? – Переспросила, чувствуя, как лицо вспыхивает жаром смущения.
– Не буду. – А подумав, добавила: – Обещаю.
На этот раз Закари улыбку не скрывал.
Пить чай пришлось на маленькой кухне, где для одной меня места в общем-то было достаточно, а вот ректор с внушительным размахом плеч, кажется, заполнил всё имеющееся пространство разом.
Мне стало душно, тесно и вообще, от внимательного взгляда, который следовал за мной неотступно, было как-то не по себе.
Чашки я поставила, выложила на красивые керамические тарелки пирожные и сдобные булочки, и подошла к чайнику, сиротливо стоящему на подоконнике. И только сейчас (конечно, Лена, ты умеешь создавать себе проблемы), сообразила, что разогревать его я так и не научилась.
По спине пробежал холодный пот, и я замерла, не зная, что такого придумать, чтобы мои оправдания выглядели естественно и правдоподобно.
– Что-то не так? – громом среди ясного неба послышался голос ректора прямо за моей спиной. А я и не заметила, как он подошёл.
Не подпрыгнула до потолка только усилием воли. И обернулась с большим трудом, но ответила ничуть не дрогнувшим голосом:
– Да вот, что-то… Не получается разогреть, – в глаза я ему старалась не смотреть, прожигала дыру где-то в области сердца. И добавила совсем тихо, понимая, как глупо это звучит: – Сломался, наверное…
Чтоб мне сквозь землю провалится… Жуть! Кошмар! Что я несу! Всё, провал, теперь меня точно раскроют…
Но секунда неслась за секундой, а ректор всё молчал.
Потом, наконец, взял меня за плечи, отодвинул со своего пути и взял в руки предательский чайник. Покрутил, повертел, открыл крышку, вновь закрыл. Потом перевернул его и из небольшого углубления вытащил маленький серый камень.
– Вы правы, – хмыкнул удовлетворённо, – Сломался.
