Проект «Аве Мария»

Ределл встрепенулся.

Стратт посмотрела на меня.

– Это когда у вас куча зеркал, повернутых так, что они направляют отраженный солнечный свет на верхушку башни, где расположен котел. Если с помощью нескольких сотен квадратных метров зеркальной поверхности сконцентрировать солнечный свет в одной точке, можно нагреть воду, довести ее до кипения, и пар запустит вращение турбины, – пояснил я. – Не вижу ничего нового. Полностью функциональная гелиотермальная электростанция уже есть в Испании. Хотите узнать больше, поговорите с ними, – добавил я, глядя на Стратт.

Она прервала меня взмахом руки и обратилась к Ределлу:

– Так вот, что вы строили в Новой Зеландии?

– Какой прок Новой Зеландии выкладывать столько денег ради Африки? – поинтересовался я.

– Потому, что мы добрые, – улыбнулся Ределл.

– Ого! – изумился я. – Не спорю, новозеландцы – прекрасный народ, однако…

– Собственником станции должна была стать новозеландская компания. Она бы и продавала энергию.

Ределл откинулся на спинку стула и продолжил:

– Но на каждом шагу местные власти хотели кусочек пирога.

Подкуп, взятки, откаты и так далее. Думаете, я много присвоил? Черт, да это крупица по сравнению с тем, сколько мне приходилось тратить на взятки, только чтобы построить гелиотермальную электростанцию посреди гребаной пустыни!

– А потом? – спросила Стратт.

– Мы построили опытную станцию. Один квадратный километр зеркал. И все направлены на металлический котел с водой на верху башни. Вода закипает, турбина начинает вращаться.

Полагаю, с процессом вы знакомы. У меня была специальная бригада, которая проверяла, не подтекает ли котел. Когда на башне люди, зеркала нужно отворачивать в сторону. Но какому-то умнику в блоке управления взбрело в голову, будто пора начинать испытание, и они запустили всю систему целиком.

Семь человек. – Ределл тяжко вздохнул. – Все погибли мгновенно. По крайней мере, они не мучились… особенно. Кому-то пришлось ответить за трагедию. Жертвы были новозеландцами, как и я. И вот правительство сделало крайним меня.

Судебный процесс напоминал фарс.

– А присвоение денег? – вставил я.

– Да, – кивнул он. – На суде всплыло и это. Но я бы отделался пустяками, если бы испытание электростанции прошло успешно. Я не виноват. Да, деньги я украл, не отрицаю. Но людей убил не я. Ни по халатности, ни как-либо еще.

– Где вы находились, когда случилось несчастье? – поинтересовалась Стратт.

– Где вы находились? – повторила она.

– Я был в Монако, в отпуске.