Проект Деметра

Бесспорно и то, что есть база, раз сюда до нас отправляли группу. Значит, есть шанс найти передатчик или зону переправы. На той стороне у нас больше возможностей.

Мужчины молчали, обдумывая его предложение, и вот Радий обалдело выдал:

– Как это "разойтись"?

Перспектива остаться в одиночестве его явно страшила, остальные же судя по взглядам, были согласны с Шахом.

Самара поднялся, посмотрел на коммуникатор:

– Сверим часы. Время 17: 04. Ровно через шестьдесят часов встречаемся здесь же. Рацию держать включенной, связь каждые четыре часа.

– Что лишнее командир? – ехидно прищурил глаз Самхат и покосился на Эру, видно ее посчитав ненужной. Та отвернулась, нажала кнопку на коммуникаторе, фиксируя время до возврата.

Идея Шаха была по ее мнению совершенно разумной. Она вообще не видела смысла в обсуждениях на темы: зачем их забросили и бросили ли, убьет всю группу вирус или помилует.

Однако заметила, видя напряжение во взгляде Радия:

– Родиону стоит остаться здесь, на связи.

– Да! – схватился тот за ее предложение. Топать неизвестно зачем, неизвестно куда, изображая то ли разведчика, то ли любителя приключений на задницу, ему не улыбалась.

– Хорошо, – поджал губы Самара. Вид Радия и ему не внушал надежды на его плодотворную помощь, пустись тот в дорогу. Правда, возникал вопрос – нафига вообще его к команде прикрутили. Явно ведь не в себе человек.

– Остаешься. Шах – направление юго-восток. Эра – северо-восток. Я иду на северо-запад, Самхат – юго-запад.

– Нет, – почти хором ответили бойцы.

Она привыкла работать одна. Не то, что одной ей было проще – скорее комфортней, спокойней – не нужно думать, что говорить, не нужно ни на кого ровняться, ни от кого не зависишь, никому не должна. Есть ты и задание – все просто.

Девушка двигалась вверх по склону, внимательно поглядывая по сторонам. Ничего, ни единого признака цивилизации.

Через два часа пути у нее мелькнула мысль, что возможно местные жители облюбовали для своих пристанищ пещеры или землянки.

Может поэтому пейзаж был изумительным?

Девушка шла, невольно любуясь красотами природы, естественной, не обезображенной нагроможденьями беттопластика, стекла, стали. Ей нравилось смотреть, как под легкой лаской ветерка волнуется трава, и словно волна, пригибается, бежит вдаль, к краю леса.