Проект Деметра

Тот чуть улыбнулся ему, как ребенку неразумному:

– Это ты не понимаешь – спит она, просто спит.

Да, мать же ж! – Вейнер глаза ладонями закрыл не в состоянии все это видеть, выносить. Душа на части рвется, и не знаешь, как противостоять.

Поднялся, руки в брюки сунул. На брата посмотрел, потом на Эру – белая, застывшая.

– Ее… похоронить надо, – выдал с трудом.

Лой исподлобья на него уставился – взгляд звериным сделался:

Тон спокойный, а мурашками по телу холод от него.

Мужчина постоял и вышел. Привалился к дверям, соображая, что делать, а в голове как и в душе – пусто.

Лири на светлого уставился, еле заметно подбородком на "склеп" мотнул – что, как он там? Вейнер так же и ответил.

И зависли в тишине и скорби – ни слов, ни мыслей.

Третьи сутки после смерти Эрики шли, и вроде обвыкнуться можно, сжиться как-то, а боль не отпускала. Залезла в сердце змеей, закрылась и жалила изнутри.

Эрлан как привязан, как похоронил себя вместе с женой и не родившимся ребенком.

Вейнер у окна сутки уже сидел.

Вытянул ноги на лавке, спиной к стене прислонился и смотрит на городок, на пейзаж, только мимо все, мимо.

Самер рядом бухнулся, специально громко стол отодвигая, специально Вейнера задевая, чтоб очнулся. На дверь в скорбный зал кивнул:

– Спал. Обнял ее, к животику щекой припал и спал.

А голос безжизненный.

– Ну, вот что, – разозлился Самер. – Быстро в мытню и полоскаться до упора, пока вся хмарь не сойдет. И сюда. Будем Эрлана вытаскивать.

Вейнер горько усмехнулся: наивный.

Сел нормально, руки на стол положил: если б просто так было – сходил и смыл смерть близкого.

Если б можно было сгоревшую от боли душу вот так просто взять и вытащить да новую, свеженькую, вставить. Еще и новую любовь туда втащить, желаниями наполнить.

– В смысле? – глянул на него Самер, как холодной водой окатил.

– В прямом. Дождусь, когда Эрл хоть немного в себя придет и уйду. Пойду багов бить. Здесь мне делать нечего.

– Аа! Ясно, – кивнул, зубами скрипнув. – Умереть хотим, но с умом.

Вейнер промолчал, уже жалея, что вообще сказал.

Не понял его Самер, и не мог понять.

В залу зашли Нерс и еще четверо с ним. Все в темных хламидах с капюшонами. Лири напрягся, встал. Радиш к стене притиснулся, давая ему пройти, и не понимая еще, что происходит.

Нерс широко распахнул двери. Эрлан взгляд на него поднял. Сидел ссутулившись, а тут выпрямляться стал и вставать.

Мужчины в скорбный зал вошли, обходя Нерса и стремясь к покойнице.

И как бомба взорвалась.