Проект Деметра

– Вообще-то это серьезно, когда светлый светлого убивает. По закону и права лишить могут и изгоем сделать.

– В курсе, – заверил, сложил руки на столе. – Не тот случай. Здесь оборона, да и время не мирное. Так что, отпустят вроде. Другое интересно – слухи ходят, что будет открытый совет, а такое случается редко и по очень серьезному случаю.

Самер смолк на минуту, поглядывая на друга – понимаешь, нет?

– Похоже у Эры большие проблемы.

Радиш начал ноготь грызть, раздумывая.

– Честно говоря, хотел дождаться, когда она выздоровеет и сможет адекватно говорить и размышлять.

Последняя наша с ней встреча, как помнишь, прошла неприятно. Нагородила, глупая, до небес не понятно с какого дуба рухнув. Я не то, что обиделся – от злости урыть кого-нибудь был готов. Еще бы! Чуть богу душу не отдал молитвами Эберхайма, а Эра заявляет, что он ей отец.

Взял булку, пожевал опять и снова к Радишу качнулся:

– Ладно, лирика. В другом дело, потом дошло – она вызов кинула, Радий. Только неясно кому – Лой или совету. Вроде ни тот ни другие ей не солили, и девчонка она не капризная, без особо тупых завихов.

Что тогда ее на подобное толкнуло?

Радиш медленно книгу закрыл и пальцами по обложке отстучал:

– Знаешь, что это? Генеология древних родов. Вся история родов изначальных. Так вот, девицы Лайлох особо ценились на рынке невест. Видишь ли, ребенку переедается основное право и несколько побочных достается от предков по прямой. Но развивают одно, чтобы другие не ослабляли главное. Так вот, Лайлох умеют и мертвых поднимать.

Нет, не разложившиеся трупы, а в разумных пределах. Я думал, что именно это право у Эрики главное. Нифига. Оказывается, есть и вторая составная, неотъемлемая – любовь. Лайлохи искони были носителями любви и меняли не то, что человека – его сознание. И – проводниками воли предков. В общем, букет убойный, учитывая, что в ней еще и право Ольрихов – яснознание имеется, невестой она очень завидной становится. Так вот, к чему я это, – отодвинул книгу.

– Обрати внимание на несколько вещей. Первое – женщин изначальных Эберхайм вывел, как, извини за неуместное может быть сравнение, но иного на ум не идет, крыс.

Он, в принципе всех изначальных под корень рубил, вот их и осталось раз, два и обчелся, а без равной по силе права и крови им не видать сильного потомства. Вроде понятно – мужик обезопасился. Но! Он изгой, Самер, его право урезано до минимума – так решил совет трех, что правил многие века. Ольрих, Ламарх и Шердан – трое самых сильных вели всегда дела.