Проект по дружбе

Скоро пройдет, чуть потерпеть надо.

– Она такие вещи говорила, просто кошмар! – Гольцман качает головой и бодает меня лбом в грудь.

Я ладонями обхватываю ее лицо, с усилием отрываю от себя. Смотрю в страдальческие глаза.

– Женя, эти слова – они не про тебя вовсе. Они про нее все, понимаешь?

Она только жмурится, нежная моя девочка, отчего несколько слезинок скатываются по ее щекам. Все внутри горит. Убил бы. Прямо сейчас, ни на что бы не посмотрел, просто уничтожил бы тварь. Как глубоко она ей в голову залезла, просто удивительно.

И я предельно ясно понимаю, что это не просто подростковая истерика. Это – результат морального насилия. Как защитить? Как сберечь?

Целую Гольцман в губы, в нос, в заплаканные глаза.

Шепчу беспорядочно, постепенно слетая с катушек:

– Женя, маленькая, не плачь, пожалуйста. Ты самая лучшая, таких нигде больше нет. Я с тобой, моя хорошая.

Она поднимает голову, тянется ко мне за лаской, и я целую ее идеальные губы, глажу по щекам, жадно втягиваю ее запах. Когда чуть успокаивается, я говорю:

– Пойдем?

– Куда?

– Куда хочешь.

В кино или гулять. Или ко мне, я тебя с дедом познакомлю. Или к Титу, в приставку играть будем.

– Можно все сразу? – неуверенно улыбается Женя.

Я радостно киваю. Что хочешь, только не плачь, кто бы знал, что меня на осколки разбивают плачущие женщины. Или не все? Только Женя? Господи, да когда же я перестану задавать себе тупые вопросы, ответы на которые и так уже знаю. Я увяз, я влип, я пойман. Эта маленькая девочка сковала и обездвижила меня.

Когда-нибудь должно стать проще. Ощущая, как в районе грудной клетки заворачивается тугой круговорот, я поднимаю голову вверх. И зря. На седьмом этаже в окно кухни смотрит на нас ее мать. И вряд ли любуется.

Глава 34

ЯрославРешительно беру Гольцман за руку, и на этот раз она свою не отдергивает. Понимаю, что нуждается в поддержке. Надеюсь, что именно в моей. Будь рядом Долин, она бы тоже так сделала? Бросаю на нее ревнивый взгляд. Сам придумал, сам себя раздраконил, класс. В чужой помощи вообще не нуждаюсь.

Несмотря на свои эмоции, понимаю, что это глупо. Не была бы она с Антоном. Кажется, Женя хочет быть именно со мной. По крайней мере, сейчас.

Бледная, заплаканная, сосредоточенно шмыгает носом, о чем-то думает. Я притормаживаю и разворачиваю ее к себе. Не забочусь о том, что мы застыли посреди дороги. Застегиваю куртку, натягиваю ей на голову капюшон. Спрашиваю насмешливо:

– Где шапка, Гольцман?

– Торопилась, – пожимает она плечами.