Профессия – киллер

Для начала я прошвырнулся по офису. Обнаружил в одном кабинете щуплого прыщавого типа а-ля Плюбум в огромных очках и с неуставной прической, который наяривал на клавиатуре компьютера. Вежливо попросил его обучить меня азам обращения с не нашей чудо-техникой.

Варианты ожидаемой реакции были следующие: «Отвали, не до тебя», «Как-нибудь потом», в лучшем случае – «А что я с этого буду иметь?». При любом раскладе я бы не обиделся.

Щуплый (позже я узнал, что он имеет имя Макс и работает оператором-программистом) секунд пятнадцать пристально смотрел на меня, беззвучно шевеля губами, а потом лицо его вдруг приняло осмысленное выражение и он пробормотал:

– Аааа… да-да, конечно! – Встав со своего места, он шмыгнул носом и вежливо сказал: – Пожалуйста.

Честно скажу, что я был потрясен. Представляете! Я жду, что меня пошлют или посмеются, а тут вдруг такой прием, так все уважительно и спокойно… О! Я намотал это на ус.

К обеду я вполне сносно чувствовал себя в обращении с японской техникой.

На следующий день я позвонил Максу по телефону и попросил, если есть такая возможность, дать мне на какое-то время дискету с информацией о структуре фирмы и основных направлениях ее деятельности. Макс тут же притащил мне дискету и сказал, что я могу оставить ее себе. Я и это намотал на ус. И принялся изучать информацию. Это занятие увлекло меня. Так что я, можно сказать, не заметил, как пролетело время до пятницы.

А в пятницу, во второй половине дня, я совершил, поддавшись необузданному порыву, ужасный проступок, который, по моему разумению, ни один начальник не простил бы даже лучшему своему работнику, не то что такому, как я.

Короче, я шарахнул секретаршу Дона. Думаю, вы представляете себе, кем для начальника является секретарша, если только она не засушенная вобла с универсальной памятью и ярко выраженными аналитическими способностями.

Секретарша Дона, Мила, была просто лапочка.

По зимнему времени в офисе здорово топили, и я нарочно оставлял открытой дверь своего кабинета, чтобы полюбоваться, как она ходит туда-сюда в своей ажурной кофточке, состоящей преимущественно из черного кружева, сквозь которое виднелся лифчик, чудом не лопавшийся от упрого выпирающего содержимого, и мини-юбке с разрезом, которая при вхождении аккуратной попы в контакт с жестким стулом за письменным столом задиралась так, что аж слезы на глаза наворачивались.