Онлайн-библиотека книг
Пока чернавка вещи носила, воевода, наказ Кощеев выполняя, такой разговор повел:
– А теперь, Василиса Еремеевна, слушай меня внимательно да на косу, в отсутствие уса, мотай. По терему и во дворе ходи свободно, делай что душеньке твоей угодно, челядью командуй смело, гостей принимай, в чем нужда возникнет – наряд там али перстенек какой, – у Кощея попроси, он не откажет, но сама за ворота – ни ногой, и цепочку эту носи не снимая, иначе – смерть. Поняла?
Протянул воевода мне цепочку – звенья серебряные, подвеска изумрудная, в виде черепа обточенная, изнутри огоньком живым подмигивает.
– Поняла, – говорю, – а вы с Кощеем по очереди за воротами с топором караулить будете?
И что я такого смешного оказала? Воеводу пополам согнуло.
– Нет, Прасковью Лукинишну приставим! – наконец отвечает. – Выбрось-ка ты из головы эти глупости, делай, как велено, и никакой беды не приключится.
Застегнула я на шее цепочку, а прежде кольцо обручальное на нее привесила, – все равно с пальца сваливается.
* * *Что творится между мужем и женой под покровом первой брачной ночи, я не раз слыхивала. Замужние сестры баяли. Накануне свадьбы нянюшка, правда, пыталась мне что-то втолковать касательно тычинок и пестиков, но сама запуталась и, махнув рукой, под конец сказала: «В жисть не поверю, чтобы молодые сами не разобрались!»"
"Вот и разбираюсь.
Ближе к полуночи я смекнула, что Кощей решил ограничиться взаимозачетом. Мне тут же расхотелось спать.
