Проиграем?

– Светик, – сажусь на корточки. – Ну сколько раз тебе нужно сказать, что папа и я любим тебя не меньше Димы? Просто он совсем еще маленький и с ним нужно проводить чуточку больше времени, пока он не может сам сесть на горшок и покормить себя.

– Сейчас он не требует менять подгузник и кормить его. Можно просто положить его спать, только папа почему-то целует ему ноги, – Господи, дай мне сил…

– А ты знаешь сколько мы тебе целовали ножки? И попу. Знаешь, какая у тебя была вкусная попа? Это как съесть сразу пять пончиков.

– Как? – наконец заинтересованно спрашивает дочь.

– Мы любили на тебя дуть. А ты при этом всегда закрывалась ручками, но смеялась. Ты просто попробуй поиграть вместе с ними. Иди к папе, а я сейчас переоденусь и подойду. Поиграем вместе.

– Ладно, попробую.

Быстро переодеваюсь и, как будто почувствовав одним местом, поспешила в комнату. Попала аккурат на Светино «дуть», в переводе на русский – оплевать Диму.

– Ты… зачем так сделала? – возмущенно бросает Зорин.

– Это я виновата, – подбегаю к Леше, сжимая его плечо. – Я не показала, как надо правильно дуть. Света хотела сделать так же, как мы с тобой баловались с ней, помнишь?

И Зорин, и я прекрасно поняли, что Света сделала это нарочно. Но пока предел еще не наступил, сделаем вид, что это мой косяк. Так, может, Света постепенно, с помощью нашего терпения наконец-то примет Диму.

– Помню. Прикольно было. Доча, только дуть надо не так, – как можно спокойнее произносит Леша.

Дети разные, а реакции почти идентичны. Правда, Дима смеется меньше, но, к счастью, этого стало достаточно, чтобы заинтересовать Свету.

– А еще можно играть его ножками. Попробуй, Светик.

– Только не сильно, – тут же добавляет Зорин. – Ему ножки еще понадобятся.

Маленькими… очень маленькими шажками, но, может быть, совсем скоро она и проникнется к Диме и не будет такой открытой ревности.

– Ну все, давайте одеваться и собираться.

– Я розовое платье с рюшами хочу. Можно?

– Можно, – киваю, смотря на убегающую в припрыжку дочь. – Ну не злись, – тут же поворачиваюсь к Леше и целую его в щеку.

– Ты бы не злилась, если бы я сделал вот так? – какая-то секунда и Зорин повторяет то, что сделала Света. Теперь оплевана я.

– Конечно, нет. Это же увлажнение кожи, – демонстративно вытираю лицо.