Проиграем?

И все они заканчивались одинаково – меня лупили плетью, голую привязанную к столбу. И укоризненное лицо рядом стоящего батюшки в рясе, шепчущего «гореть тебе в аду». И я горела. В прямом смысле. И это была не температура, я просто обливалась потом, как будто находилась в бане."

"К шести утра, чуть окончательно не свихнувшись, я залезла под холодный душ и, простояв под ним как минимум полчаса, немного пришла в себя. Вот только осознание того, что такие сны будут сниться мне и дальше, мягко говоря, удручало. Закончится это все либо психушкой, либо заслуженной тюрьмой.

Я никогда не ходила в церковь, однако, единственная пришедшая на ум мысль – пойти и поставить свечку за упокой Стаса. Покаяться перед иконами, перед батюшкой не смогу. Может, и бредовая идея, но от мыслей, что я это сделаю, мне стало легче. Так и решила поступить сразу после практики.

Возможно, я слишком самоуверенна, так же, как еще вчера была уверенна насчет влюбленности Зорина, но я отгоняла от себя мысль, что он сдаст меня. Как ни старалась, но не смогла представить его в этой роли.

Равно как и не могла представить, что, придя в больницу, Зорин даже не взглянет на меня на пятиминутке. А потом и вовсе небрежно, как будто я пустое место, как бы невзначай бросит «Вас будет курировать Анна Владимировна». И, собственно, все. В этот момент меня совсем не смутила мысль, что я попала к местной стерве. Куда больше меня напрягло полное равнодушие в мою сторону.

И все-таки человеческая сущность крайне загадочна. Вот вроде бы все. По всем законам жанра я должна радоваться, что Зорин не будет моим руководителем.

Я свободна от него. Он даже не обращает на меня внимания, что вроде как бы и было моей изначальной целью. Но почему мне так неприятно, когда смотрю сейчас на то, как, стоя у сестринского поста, он улыбается какой-то длинноногой крысе в черном облегающем платье? А потом и вовсе приобнимает дылду и уходит с ней в сторону своего кабинета.

Кто-нибудь, вылечите меня. Уже не от дурости, а от совершенно неуместных чувств к этому мужчине…

Глава 10

– Женя, прием, – отрываю взгляд от истории болезни и перевожу его на Анну Владимировну.

– Извините, задумалась.

– Ты какая-то пришибленная. У тебя все нормально? – внешность обманчива. С виду стерва в реале оказалась абсолютно нормальной женщиной. Грубовата с пациентами, но со мной очень даже мила.

– Нормально. Спать просто хочу. Я заполнила лист назначений. Проверите?

– Давай сюда, – протягиваю ей историю болезни. – Я тоже спать хочу. И есть.