Проиграй мне себя

Откуда-то взялось странное желание защитить девочку. Или хотя бы дать дельный совет. Может, просто жалко эту влюбленную глупышку. Жизненного опыта — ноль. А умом еще не все понимает. Таких часто используют ублюдки вроде ее Ника. Банально и печально. Заведет себе грудастую любовницу, а жену будет гнобить. И зачахнет Кира, озлобится, может, даже тоже шляться начнет.

Ладно. Там дальше видно будет, что да как. Может, если перестанет меня ненавидеть, да захочет послушать, раскрою ей глаза на ее женишка.

На следующий день в предвкушении приехал на наше секс-рандеву.

После вчерашнего спасения собаки, может, Кира успокоится немного и не будет такой агрессивной ко мне?

Трезвонил в звонок уже довольно долго. Но дверь мне опять не торопились открывать. Впрочем, телефон Кира тоже не брала. Что там еще натворила эта гринписовка? Нет, ну надо же было учудить такое: ночью, одна, где-то за городом! Дурочка молоденькая!

Уже собирался уходить, как вдруг дверь открылась.

— П-привет. З-заходи, — идиотски улыбнувшись, девушка приглашающе махнула рукой и поплыла в комнату нетвердой походкой.

Это еще что за новости? Под кайфом, что ли? Вот этого еще не хватало! В тихом омуте черти водятся, да, хорошая девочка?

Присмотрелся. А, нет, просто сильно нетрезвая. На столике красовалась одна уже пустая и одна полупустая бутылки мартини. И что это у нас такое? Мадмуазель изволит кутить? А вот о закуске что-то и не позаботилась. Оливки в тарелке в этой роли так себе. Не умеешь ты правильно напиваться, малышка.

Правда, это и хорошо. Откуда знать о таком правильной девочке в двадцать с копейками.

— Будешь? — Кира протянула стакан с мартини.

Да, именно так — большой граненый стакан. Еле сдержал смех. Тара, как для настоящего алкоголика лет тридцать назад.

— Нет, спасибо, — конечно, отказался. Почему девушки любят эту сладкую гадость со вкусом микстуры от кашля из детства, я не понимаю. — По какому поводу гуляем?

— Задлоб… заблод… Щас, — сделала глубокий вдох, а я снова еле удержался от хохота.

 — Задолбали вы меня все! Вы — это мужики. Вот! — гордая собой, что выговорила, отхлебнула из стакана, следом потянулась за оливкой.

Только и смог, что удивленно поднять брови. Ну, да, выиграть девочку и не отказаться от выигрыша — не самый мой красивый поступок в жизни. Так и она не ромашка трепетная. Никто не принуждал. Сама согласилась. Правда, я до сих пор не могу понять, как и зачем? Я был уверен, что такую, как Кира, уговорить или заставить невозможно.