Происхождение славян

Например, в чем причина повышенной доли R1b в Украине? Но этими вопросами те попгенетики не занимаются. Им надо крикнуть, да посильнее, авось их заметят.

Вот и получаются такие карты. Там все выражено в неких «генетических расстояниях», смысл которых не расшифрован. А смысла там на самом деле нет. Это усредняются ВСЕ мутации во ВСЕХ гаплотипах во ВСЕХ гаплогруппах, что смысла вообще не имеет. И на них идет «работа». И на этом они получают гранты. Вот это – уму непостижимо.

Перейду к своей скромной персоне. Ряд комментариев был – что это, он, мол, за славян борется, а сам в Америку уехал.

Как-то не сходится.

Не хотел я этой темы касаться, но придется. В США меня уехать фактически вынудили. Выдавили. До этого я девять лет был невыездной, то есть за границу вообще выехать не мог. Так что у каждого своя история. А началось с того, что меня в середине 1970-х направили в США, в Гарвардский университет работать на год. Так получилось, что я первым на нашем курсе из 300 человек на химическом факультете МГУ защитил кандидатскую диссертацию, и это было формальным основанием для рекомендации на годичную работу в США, которую подписал академик Н.

Н. Семенов. За 1974–1975 гг. нас таких в США со всего Союза было 48 человек. После моего возвращения в СССР и рассказов про США, где-то наверху было принято решение, что я антисоветчик (хотя антисоветчиком я никогда не был, то есть никакой открытой антисоветской деятельности не вел, кроме честных и правдивых рассказов о том, что сам в США видел), и я сел в «прочный невыезд». Это не помешало мне в 30 лет стать доктором наук и профессором, лауреатом премии Ленинского комсомола, а затем и лауреатом Государственной премии СССР по науке и технике, так и оставаясь – по каким-то тайным доносным материалам – «антисоветчиком». Там у них правая рука не знала, что делает левая. Потом меня избрали директором Института биохимии АН СССР, была такая пора во времена «перестройки», когда выбирали коллективом института, но как же «антисоветчик» может быть директором академического института? Поэтому АН СССР меня не утвердила в этой должности. Стало ясно, что я попал в тупик, достиг потолка. А тем временем из Гарварда шли приглашение за приглашением стать там профессором биохимии. Ну, кто бросит в меня камень? Короче, мне разрешили туда поехать на два года. А там и Союз развалился. Так что формально я никуда не эмигрировал. Так и продолжаю работать. Я – гражданин и России, и США. Паспорта тоже два.