Проказник в изумрудах [Изумруды на завтрак]

Володарский облегченно вздохнул и спрятал коробочку обратно в карман.

Кажется, пока все обошлось.

Отпустив Володарского, «медик» проводил его удовлетворенным взглядом и повел себя очень странно. Вместо того чтобы искать пострадавших и оказывать им первую помощь, он завернул в дверь туалета. Там он снял халат, шапочку и очки в золотистой оправе, вместо них нацепил кепку-бейсболку и солнцезащитные очки, едва ли уместные осенью в нашем климате, наклеил маленькую стильную бородку и снова вышел в коридор.

Здесь он смешался с толпой покидающих офисный центр сотрудников, вышел на улицу.

Перейдя дорогу, сел в свою неприметную машину и запустил мотор.

Только отъехав на несколько кварталов, остановился в безлюдном переулке, припарковал машину и достал из кармана маленькую бархатную коробочку.

Открыв эту коробочку, Маркиз (а это был, разумеется, он) залюбовался серьгами. Изящные ветки райского дерева вились и переплетались сложными узорами, поддерживая изумительной красоты изумруды, напоминающие цвет Адриатического моря летним полднем.

– Хорошие сережки! – проговорил Леня, не в силах сдержать восхищение. – Теперь самое главное, чтобы их ненароком не увидела Лолка. Потому что если она их увидит – все, пиши пропало! Из рук их она не выпустит! Ну что ж, свою партию я исполнил аккуратно, теперь все зависит от того, правильно ли Рудик обрисовал ситуацию…

За два дня до описываемых событий Маркиз встретился со своим старинным знакомым Рудиком Штейнманом.

Рудик был прирожденным финансовым гением. Правда, он никогда не учился в некогда знаменитом финансово-экономическом институте, сокращенно ФИНЭКе, где приобретали свои познания практически все советские и постсоветские финансисты. Учился он в политехническом институте, да и оттуда вылетел с третьего курса – именно за то, что попытался на практике реализовать свои экономические таланты.

Проще говоря, Рудик занимался фарцовкой. Он покупал у иностранцев и перепродавал соотечественникам джинсы и свитера, фотоаппараты и видеомагнитофоны – в общем, всевозможные сладкие плоды загнивающей западной цивилизации, недоступные простому советскому человеку.

В советские времена это занятие подпадало под несколько статей Уголовного кодекса и за него можно было получить серьезный срок. Рудик был осторожен и с товаром не попался, так что под суд не угодил, отделавшись исключением из института, о чем, кстати, никогда не жалел.