Проклятая

Рассказывала о колоссальной удаче получить его в покровители. О том, какой у него красивый замок…

Сестренка замолчала и устало потерла виски.

— Это она выставила меня на торги?

— Сомневаюсь, что у нее хватило бы на это сил и возможностей, — ответил Димка. — Я знаю ее. Нет, она не инициатор и не вдохновитель. Марианна слишком труслива для этого. А вот оказать посильную помощь она может. Особенно когда видит выгоду для себя.

Он мог не продолжать дальше, и так понятно, кто являлся тем самым вдохновителем и организатором.

— Остается пережить эти четыре-пять дней. Как только доказательства вашей непричастности будут найдены, мы сможем делать ответные шаги, — подытожил Страж. — Дим, график загулов составил?

— Обижаешь, — хмыкнул тот и достал из кармана потрепанный листок бумаги. — Завтра вечером Париж, утро встречу в Милане в компании десятка обворожительных моделей. Небольшой обеденный сон, а потом буду здесь — засвечусь на вечеринке одного местного миллиардера, давно зовет к себе в гости.

— Обижаешь. Затем Лондон… Нью-Йорк и снова Париж, хочу грустить о пропавшей секретарше, любуясь сквозь слезы Эйфелевой башней.

— Охранки не забудь, не дай бог, на тебя маяки повесят.

— Дим, ты что, уезжаешь? — вмешалась я, недоверчиво глядя на шефа.

Как-то м не стало не по себе от мысли, что он куда-то уедет.

— Надо хоть немного сбить Саида со следа. Не переживай, колючка, вы здесь в безопасности.

Мне осталось только кивнуть.

Теперь, когда все выяснили, можно и разойтись.

Страж остался в кабинете. Лизка отправилась в свою комнату, ей необходимо было полежать, отдохнуть, все обдумать и принять непростые для себя решения. А меня Димка схватил за руку и затащил в первую попавшуюся комнату, которой так удачно оказалась его спальня, быстро закрыл дверь (хорошо хоть просто закрыл, а не запер на замок) и плавно повернулся ко мне.

— Что-то случилось? — невинно хлопнула глазками.

Колдун слегка наклонил голову вперед, еще более внимательно меня осмотрел и осторожно обошел по кругу. Как хищник, честное слово. А чувствовать себя жертвой мне не нравилось.

В этом сарафане, с волосами, собранными в хвост, рядом с ним я чувствовала себя странно и непривычно. Так и хотелось вернуться в свою комнату, надеть блузку, юбку, шпильки, стянуть волосы в тугой узел.