Проклятая

— Обо всем, — Соколов неожиданно стал очень серьезным и многозначительно закончил: — Нам с тобой необходимо обсудить кое-что важное.

Вот теперь напряглась я.

Саид тем временем с трепетной лаской приник к кончикам пальцев красной как помидор Лизы и с теплотой в голосе пообещал, что они непременно скоро встретятся. Из красной сестренка моментально стала белой.

Да, с кем-то по возвращении придется провести беседу.

Я в последний раз оглядела залитую солнцем гостиную, на мгновение задержала взгляд на хозяине дома (чего ждала — не знаю) и закрыла глаза.

— Дим, вызови, пожалуйста, такси, — устало села на диван.

Куда-то вдруг исчезли жизненные силы, и накатила страшная усталость. То хрупкое чувство защищенности, что возникло на Сейшелах, сразу пропало, вернулась тревога.

— Сегодня вы побудете у меня.

— Домой вернетесь завтра, — ответил Димка. — Места у меня много. Вам с Лизаветой я уступлю спальню, а мы с Дэном поспим в гостиной.

— Да, — рассеянно ответил братишка. Он тоже, как и я, мысленно остался там, на солнечных островах. Только вот объекты привязанности у нас оказались разными.

— Вот и отлично. Вы тут устраивайтесь, а мне необходимо переговорить с вашей сестрой.

И, ловко схватив меня за локоток, потащил в сторону кабинета.

— Дим, что случилось? — Я села на стул и тревожно глянула на шефа, удобно расположившегося в кресле напротив.

Сердце в который раз за сегодняшний день сжалось от страха. Чего я еще не знаю? Что еще они от меня скрывают?

— Нам с тобой необходимо обсудить наше будущее.

Есть такая фраза — челюсть на пол упала. Так вот, именно в этот момент я на собственном опыте поняла, что это значит. Я не то что была в шоке, нет такого слова, чтобы описать мое состояние.

— Что обсудить? — пролепетала я.

— Будущее, Разина, будущее.

— Наше? — уточнила на всякий случай.

— Не тупи, колючка, тебе не идет быть дурой. Не твой уровень.

— Дим, тебя там ничем не шарахнуло? Какое наше будущее? Ты вообще о чем? Если ты про инициацию, то…

— Я про контракт, — отрезал он, окончательно вводя меня в ступор.

Ярко-синие глаза серьезно и пытливо рассматривали мою вытянутую физиономию.

Соколов говорил серьезно. А я… я не хотела этого разговора. Ведь после него мы попадем в точку невозврата.