Проклятая

Силы много, она уже сплеталась в круговые завихрения вокруг меня, восстанавливая дыхание, настраивая внутренний баланс, увеличивая мощь моего магического потенциала. Сущность, впервые с момента инициации подавшая голос, ласково мурчала. Ей тоже нравится наш новый уровень способностей.

Щит для Лизы сплелся гораздо быстрее, я учла все ошибки, возникшие при создании защиты для Дэна. С непривычки наскребла по сусекам оставшиеся крохи силы. Я почти пустая. Заканчивала уже чисто на упорстве и вредности.

Грохнуться мне не дал Дэн.

Перед глазами все расплывалось, мебель в комнате как будто плясала джигу, а во рту появилась неприятная сладость, которую не прогнал даже стакан воды, принесенный сестрой.

— Тань, ну вот что ты творишь? — донесся испуганный и немного гневный голос сестры сквозь непрекращающийся гул в голове. — Ты же себя до магического истощения чуть не довела. Только обрела силу — и на тебе!

— Все нормально, — прохрипела едва слышно, пытаясь отмахнуться от Лизки.

Но вышло наоборот, я начала медленно заваливаться на диван. Только чувствовала, что под голову мне подкладывают подушку.

Закрыв глаза, поудобнее устроилась и почти сразу заснула.

Последнее, что я услышала, это голос Дениса, который говорил кому-то:

— Ну вот, а я так и не сказал, что ей опять эта девушка звонила.

Какая девушка? Кому звонила? Не важно…

…Снова лодка… воздух… Как же его много, он такой ощутимый, даже немного вязкий. Мне казалось, что я могу коснуться его рукой.

…И ветер… только теперь я видела его лицо и пронзительные зеленые глаза на мужественном лице.

— Сереж, — прошептала я, протягивая к нему руки.

Он улыбнулся и сделал шаг мне навстречу, чтобы обнять крепко-крепко…

И вдруг резкий противный звук, словно что-то зажужжало у самого уха. Назойливый комар? Гигантский шмель? Нет, все не то. Жужжание продолжалось. Настойчиво. И все волшебство исчезло.

Открыла глаза, зажмурилась от яркого солнечного света и увидела Лизку, сестренка в пижаме стояла у дивана и тыкала дребезжащий телефон прямо мне в лицо.

— Тань, он уже в третий раз за утро звонит, ответь, а?

Не было смысла спрашивать, кто это. И дело совсем не в знакомой мелодии, что противно звенела в голове. Просто никто другой так настойчиво звонить не будет… А жаль.

— Слушай, Разина, это не смешно, — прорычал Димка.

Именно прорычал, потому что его голос был далек от привычного радостно-оптимистического, к которому я так привыкла за эти годы.